Понедельник, 17.06.2019
Журнал Клаузура

«Нулевой горизонт» поэта из Донбасской Горловки Ивана Нечипорука

Название «Одиссея» книги стихотворений известного поэта из Донбасской Горловки Ивана Нечипорука объясняется, вероятно, тем, что в заключительном разделе автор приглашает читателей в заочную прогулку по нескольким городам Европы, и его непосредственность и наблюдательность, изложенные поэтически и образно, дополняют общеизвестные представления о туристических центрах и достопримечательностях.

И, всё же, я выберу для цитаты не зарисовки о Вероне или Праге, а строки о более привычном, но каждый раз неожиданном Киеве:

Пусть машут каштаны своей обречённой листвой,

Пусть камни брусчатки на солнце агатом искрятся!

Андреевский спуск.  Дом Булгакова – номер тринадцать,

И старая липа, парящая над мостовой…

На мой взгляд, несмотря на то, что пейзажи в стихотворениях Нечипорука играют важную роль и являются полноправными участниками повествования, его лирику трудно назвать в чистом виде пейзажной. В ней отчетливо и сильно звучат гражданские, философские, городские и романтические мотивы. Своих высот поэзия Нечипорука достигает именно в патриотическом звучании. Его стихи, рассказывающие о нелегкой, драматической судьбе друзей-шахтёров, просто земляков, нежданно оказавшихся на границе между войной и миром, ставших пасынками у своей страны, предложившей им фронтовой быт вместо уюта домашнего очага, воистину пронзительны. Без переживаний читать их невозможно.

Мой хрупкий быт висит на волоске, мои волненья, как тугая роздымь…

И я смотрю сквозь дырку в потолке, на горькие испуганные звёзды…

…Здесь ни тоски, ни страха нет. Здесь к боли города привыкли,

Но словно в неспокойном сне, года, как будто клёны сникли,

Народ на горестях зациклен, здесь дети пишут о войне!

От предвечерья до утра поют мортиры злые мантры,

Здесь смерть, как отблески костра на монохромных кинокадрах…

Здесь поздно думать про «вчера», и рано говорить про «завтра».

Больно читать, трудно осознавать, невозможно поверить, что война идет в центре Европы, в мирной стране, в регионе рабочих и шахтёров, а также людей всех профессий, в том числе, поэтов, художников, музыкантов, артистов. Идет война, для которой нет ни причин, ни оснований. Горько понимать, что люди так легко внушаемы, с готовностью осваивая язык ненависти и послушно повторяя то, что вкладывают им в уста лукавые «хозяева жизни», для которых война – лишь средство наживы. Теряются связи человеческие и производственные, останавливаются заводы и шахты, и это тоже страшно, ведь это тоже признак войны, разрушающей души, дома и города.

Поэт из Донбасской Горловки Иван Нечипорук

Иван Нечипорук – один из немногих, кто счастливо соединяет в себе талант  большого поэта и высокий профессионализм шахтера, чья работа и в мирные дни сравнима с военными подвигами. Нечипорук, достойно продолжающий традиции знаменитых Николая Анциферова, Николая Погромского, Виктора Шутова, Николая Тютюнника, находит свои собственные слова, рассказывая о «нулевом горизонте» шахтерской судьбы в дни мира и войны. Ведь именно по этой отметке выстраивают всю конструкцию, которая держит и основание, и надстройку. И здесь, в основании, – всегда надежность и честность, смелость и ответственность. То, что отличает людей этой профессии от всех остальных. То, что привлекает к ней и не дает забыть никогда. Иван Нечипорук пишет об этом ярко и зримо, со знанием шахтерского дела и умением талантливого поэта. Его «Одиссея» только выигрывает от путешествия к «нулевому горизонту», строки о котором выделяются и естественным образом становятся центральными, главными в этой книге, где о трудной трудовой судьбе говорится с уважением и пониманием. Впрочем, и о судьбе в целом, тоже.  И жаль, что те, кто начинают войны, читают другие книги.

…Гуденье шкивов заменили трамваи, но что мне заменит шахтёрское братство?  

Лишь светлая память живёт трудовая, и мысли, как пики на солнце искрятся.                    

Мой жребий – отметка навек нулевая…

…Всё прозаично лишь на первый взгляд, здесь волшебства присутствует немало,

Рождается за скрежетом сигнала искрящая поэзия угля,

И музыка звенящего металла.

Пусть пыль утяжеляет тучный мрак, но золотится в свете коногонки

Конвейера поток спешащий, звонкий. и лязгает вослед комбайну трак –

Как метроном забойной работёнки.

Именно эти «забойные» стихи повышают лирический «тонус» книги, способствуя обретению ею социального звучания. Хотя, и строки о вечно современных переживаниях души, о любви, высоких чувствах, идеалах и поисках их, о светлых надеждах, помогающих преодолеть мрак разочарований и огорчений, так же привлекают читательское внимание искренностью и пронзительностью изложения.

…И я тоской, признаться, грешен, давно утративший покой,

Своей души латаю бреши… Но только я смогу утешить –

Поймёт изгоя лишь изгой…

…Мы направляем из небесной тверди надежд и веры тонкие лучи,

Чтоб мысли чёрные, как по весне грачи, не реяли над чаяньями смерти,

И чтоб для злобы не было причин.

Любви посвящены не только отдельные стихотворения книги, но и целые разделы. Автор не ищет простые ответы на сложные вопросы (впрочем, это и не является задачей поэзии), он отвечает сам себе, слушая свое сердце, делится переживаниями, воспоминаниями, делая это мастерски, образно и увлекательно. Он старается найти наиболее точные слова, рассказывая, но не раскрывая до конца тайну постижения и обретения любви.

…Тот, кто живёт среди сосен и дюн, тот, кто с тобою не́ был,

Знает ли: нынче осколками лун ранено зимнее небо?

Знает ли он, сколько лет, сколько зим ты продолжала молиться,

Чтобы незримо кружится над ним ангелом, райскою птицей?

Сколько ушло недосказанных слов, смыло в лихой круговерти?

Знает ли он, что земная любовь, вас обрекла на бессмертье?

Последний раздел книги состоит из поэтических зарисовок, посвященных чужим городам, которые на какое-то время становятся в мыслях пусть не родными, но близкими и почти своими. Наверное, так ощущал себя в странствиях Одиссей, знакомясь в пути с новыми странами. Возможно, задумываясь о том, что времени, дающему возможности разбрасывать камни на дороге жизни, обязательно придёт на смену время их сбора. Время, которого всегда мало, но, тем не менее, достаточно, чтобы, задумавшись о прошлом, вспомнить о будущем, осмыслить настоящее и идти дальше. Автор так и делает.

В стране из рваного металла смерть – беспричинная игра.

Эпоха камни раскидала, стоит потерь шальная рать.

И времени до боли мало, чтоб эти камни собирать.

Владимир Спектор


комментария 3

  1. Александр Зиноьвев

    Интересно! Человек совершенно мужской профессии и такой ТОНЧАЙШИЙ лирик.

    А то, что творится совсем рядом с нами, со мной в деревне Илькино, под Киржачём, как хотите, а виновато не время, виновата ЛЮДСКАЯ жадность. Жадность украинцев и банальная составляющая жадности, одно из противнейших в человеке состояний — пофигизм и равнодушие. Вроде бы и слов ДУША слышна, но её-то и нет.

  2. Тамара Михайловская

    проникновенные и очень честные стихи мы с вами

Добавить комментарий для Александр Зиноьвев Отменить ответ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика