Воскресенье, 13.06.2021
Журнал Клаузура

Фарит Ахмадиев. «Попаданцы» или феномен жанра альтернативной истории в современной литературе

Альтернативной историей принято называть произведения фантастического жанра, где ход истории изменяется в результате вмешательства попавших в это время людей, например, из нашего будущего. Также героев таких произведений стали называть «попаданцами». Попадают они по-разному и в разные времена, кто-то в сказочные миры, кто-то в Средневековье, кто-то в будущее. Но самыми популярными стали попаданцы в Великую Отечественную войну. Мы обратимся к этой категории произведений об альтернативной истории.

Факт большого количества литературы альтернативной истории или о так называемых «пападанцах», наших современников, попавших в бурные исторические времена, в начало Великой Отечественной войны несомненно заслуживает внимательного научного, критического осмысления. Причем критика произведений о «попаданцах» на страницах литературных изданий скорее довольно сурова, чем благожелательна (1, 2, 3, 4). Разумеется, что авторы–«попаданцы» очень разные по литературному таланту и своим героям, кто-то растет в мастерстве от книги к книге, кто-то пишет на одном уровне.

В чем же читательский интерес к такой литературе? Что ищут современники в этих произведениях?

Прежде всего, нужно отметить, что история в СССР была значительно идеологизирована и заскречена. Особенно это касается политических репрессий 1937-1938 гг. и начала ВОВ. Наша страна пережила эти катастрофические по масштабам исторические бедствия, которые прошли через многие семьи, через судьбы миллионов людей.

Напомним, что исторический роман как жанр требует предельной точности изображения событий прошлого, детального знания эпохи, хотя и не является учебником по истории. В то же время жанр альтернативной истории предполагает фантазию автора, но не должен противоречить принципу историзма.

Появление новых исторических документов, рассекречивание запретных тем породило массу научных и научно-популярных публикаций, которые шокировали привыкших к прежней официальной истории россиян. Писатели же, как наиболее активная в общественном смысле, передовая в плане эрудиции часть общества стала творчески перерабатывать в своем творчестве раскрывшуюся информацию. Новый герой – «пападанец» стал отражением взгляда современников на прошлое.

«Пападанец» в ВОВ оказывается не в фантастическом мире, не на чужой планете, не в сказочном государстве, а в конкретном историческом событии. Он в реалистичной реальности и вынужден жить по тем законам, которые диктует жизнь. Момент адаптации всегда бывает тяжелым потрясением для «попаданца», но он является героем произведения и ведет себя именно как герой. Конечно, у «пападанца» есть преимущество – знание истории, но оно не абсолютно. Здесь мы выясняем с читателем произведения, а что собственно мы сами знаем о войне, о том быте, о тех нравах?

Писатели о «пападанцах» не выдумщики-фантасты, а скорее это популяризаторы новых знаний об истории, это аналитики истории, которые хоть и понимают, что история никого ничему не учит, но все же делают попытки задуматься нас, современников, о том, что происходит со страной сегодня, насколько мы способны повлиять на современное состояние страны.

Гражданский патриотический пафос произведений литературы о «пападанцах» и вообще, книг современных авторов о ВОВ является и выполнением гражданского долга памяти перед поколением военных лет, эти книги служат не просто развлечением, а несут познавательный и воспитательный заряд.

Совершенно ясно, что СССР, несмотря на выполнение пятилеток, сильно отставал в сфере производства из-за отсутствия инженерных кадров, низкой производительности труда и производственного брака. А ведь это последствия массового оттока из страны технических кадров и интеллигенции в годы революции и Гражданской войны. Теперь выясняется, что все техническое перевооружение, индустриализация дались нам в копеечку, вернее, в гору золотых слитков, которыми мы оплачивали станки и технологии. Теперь мы знаем, что автомобили, танки и самолеты, производимые у нас были копиями иностранных. Что знаменитая пушка «сорокопятка» на самом деле увеличенная нашими «левшами» немецкая пушка Круппа 37-го калибра, что танк Т-34 – английский танк Кристи, что автоматы Дегтярева и Шпагина это советские «Суоми», пистолеты и те подобия иностранных. Перечислять можно долго, даже винтовка Мосина появилась при царе благодаря бельгийцу Нагану. Пулемет Максим тоже «иностранец». Отставание перед Европой было и в средствах связи. Да что там говорить, у кого из нас нет сотового телефона? Страна выпуска точно не Россия.

И не только техническая сторона вопроса беспокоит писателей, ведь «человеческий фактор» на войне не менее важен. Людей приучали быть как все, не высовываться, не умничать, не критиковать. Вот и жили большинство по принципу «моя хата с краю». Да и сегодня так. «Пападанец» сталкивается с предателями, с трусами, но не приемлет их позиции. Он идет на риск ради Победы, ради Отечества.

Герой-«попаданец» человек довольно умный, сообразительный, у него талант военачальника, руководителя, он мыслит масштабно, действует неординарно. Бить врага малой кровью, использовать засады, действовать смело, вести за собой отряды окруженцев и создавать из них боеспособные части, решать вопросы снабжения, вооружения – это задача не под силу каждому генералу РККА.

Главное, что читатель тоже неравнодушен к истории, к ее кровавым болячкам. А герой-«попаданец» делает свой выбор – за наших и делает все, что в его силах, чтобы помочь своей стране. Читатель произведений исторической тематики, литературы «пападанцев» глубже понимает исторические события, более придирчиво он смотрит в настоящее.

Не обойден вниманием писателей и дипломатический момент, геополитическая ситуация в мире. На самом деле, были ли у СССР шансы предотвратить войну? Пожалуй, нет. Франция и Англия могли остановить Гитлера и в Чехословакии, и в Польше, но объявив войну, они не воевали. А разве не также поступают США и западно-европейцы сегодня, якобы борясь с мировым терроризмом, они поставляют им оружие? Выясняется, что Запад перед 1941 годом скрытно помогал фашистам, а потом вся Европа открыто участвовала в агрессии против СССР. А западные санкции сегодня против России?

Список литературы «попаданцев» большой. Писатели-«пападанцы» как правило не останавливаются на одной книге и пишут новые сюжеты для своих героев. Разумеется, здесь среди писателей есть определенная специализация. Кто-то пишет о пограничниках, кто-то о смершовцах, кто-то о штрафбате, кто-то о танкистах, кто-то о моряках. Даже об интендантах. И это хорошо для читателя.

Приведем примеры книг, первыми подвернувшимися под руку. Аннотации дают представление о чем та или иная история.

Вадим Мельнюшкин «Взрывник. Заброшенный в 1941 год»(6). В аннотации сказано: «Наш человек на Великой Отечественной войне. Затерянный в 1941 году, заброшенный на оккупированную немцами территорию, «попаданец» начинает диверсионную войну против захватчиков. Взлетают на воздух мосты, катятся под откос эшелоны с техникой и боеприпасами, пылают вражеские аэродромы, гибнут в засадах полицаи и целые зондеркоманды». Другая книга Вадима Мельнюшкина «Окруженец. Затеряный в 1941»(7). Аннотация такова: «Провалившись из нашего времени в 1941 год, он поначалу хотел лишь вернуться назад в будущее — пока не увидел собственными глазами, что творят гитлеровские оккупанты на советской земле. Оказавшись в глубоком тылу Вермахта без надежды прорваться к своим, он собирает из таких же окруженцев боевой отряд, чтобы мстить карателям и полицаям. Смогут ли мстители стать кристаллизатором местного сопротивления, первой искрой общенародной Отечественной войны против немецко-фашистских захватчиков?».

Виктор Побережных «Попаданец в НКВД. Горячий июнь 1941 года»(8). Новый военно-фантастический боевик о «попаданцах» в 1941 год! Первый роман о пришельце из XXI века, ставшем сотрудником НКВД. Наш современник в ведомстве Берии! Сможет ли обычный человек – не спецназовец, не историк, не всезнайка – изменить прошлое? И во благо ли будет его вмешательство? Удастся ли ему предупредить Сталина, уберечь от гибели Жукова, пресечь английскую провокацию в Катыни, сработаться с Мехлисом и Судоплатовым, спасти миллионы жизней и остановить вторжение «попаданцев»?

Виктор Побережных «Попаданец специального назначения. Наш человек в НКВД»(9). Продолжение тайной войны нашего современника, заброшенного в горячий июнь 1941 года, чтобы отменить Великую Отечественную катастрофу! «Попаданец» специального назначения против гитлеровских спецслужб, американской разведки, партийных заговорщиков и диверсантов из будущего! Удастся ли НКВД завладеть сверхсекретным оборудованием, открывающим дверь в XXI век? Кто возглавит «новую спецслужбу Сталина» после ранения легендарного Судоплатова»?

Помнится, нас учили, что в «Войне и мире» Льва Толстого Пьер Безухов попадает на Бородинскую битву, и мы видим войну его глазами человека «отстраненного», гражданского, светского. Столкновение лицом к лицу гражданского Пьера и французского офицера – вот он момент истины. Затем в Москве Пьер как одиночка ведет борьбу с оккупантами, да что там, он пытается убить самого Наполеона! Возможно, Пьер Безухов это первый наш «попаданец», в том смысле, что персонаж оказался в непривычной для себя ситуации, и она вынуждает его действовать и тем самым раскрыть свой потенциал.

Многие русские писатели ХIХ – начала ХХ века были дворянами, многие из них кадровыми военными: М.Лермонтов, А.Грибоедов, Л.Толстой, Д.Давыдов, А.Куприн и т.д. Писатели-«попаданцы» также имеют за спиной службу в армии, многие из них кадровые офицеры, побывавшие в горячих точках.

Появление разных компьютерных игр на военно-историческую тематику, так называемые стратегии и от первого лица не могли не воздействовать на мышление авторов-«попаданцев», которые в своих произведениях как бы создают сценарии прохождения игр, часто герой как и в игре появляется в военной ситуации как новичок без особых навыков и оружия, которое еще нужно добыть при «прохождении миссии». Часто герой должен проявить солдатскую смекалку и найти документы, которые подтверждали бы его легенду среди «своих». Некоторые из них обладают теми или иными знаниями истории, навыками военного специалиста в той или иной степени. Задачи перед героем к концу книги только усложняются, как и в прохождении компьютерных стратегий. На войне герой-«попаданец» часто делает карьеру офицера, командира.

Стремление современника-«попаданца» выйти на контакт с руководством СССР, со Сталиным вполне объяснимо, ведь он несет информацию о ходе войны, о готовящихся ударах врага. В то же время, здесь мы видим отражение сознания нашей интеллигенции, наших писателей лишенных связи и диалога с современным правительством, ощущающих свою ненужность, невостребованность. Как и фантастика, уход в историю для писателя означает уход от реальности, от действительности. Но если автор пишет об истории, это не значит, что он отворачивается от проблем современности. Прочитав произведение, современный читатель должен сам подумать о том, что и как нам нужно исправить для блага россиян.

Феномен успешного развития жанра альтернативной истории в нашей литературе говорит нам о проблемах в сознании общества, когда нам кажется, что все было ясно и просто в годы ВОВ и все так запутано в современности, а решать проблемы путем демократии гораздо сложнее, чем с винтовкой в руке.

И все же, надеюсь, что читатель литературы «попаданцев», коротая время за очередным произведением, скорее приобретет новые знания, получит новые эмоции и веру в то, что если деды и отцы сумели справиться с врагом, с бедами, то и мы, современники должны преодолеть наши общие проблемы, должны победить.

Фарит Ахмадиев,

кандидат философских наук

Литература

1. Б.Невский. Попаданцы: штампы и открытия// Мир фантастики.— сентябрь 2012.— № 109.

2. Л. Фишман. Мы попали. // Дружба народов.— Вып. 2010.— № 4.

3. П. Виноградов. Марш «попаданцев», или Ностальгия по альтернативе// Литературная газета.— 2011-04-06.— № 13 (6316).

4. С. Лукьяненко. Попаданцы у Сталина // Известия.— 26 мая 2010.

5. Борис Невский, Андрей Валентинов, Дмитрий Володихин, Александр Зорич, Дмитрий Казаков, Владимир Коваленко, Илья Тё. На ринг! Альтернативная история: мечта, ностальгия или маразм?// Мир фантастики.— 2011, декабрь.— № 100.

6. В. Мельнюшкин. «Взрывник. Заброшенный в 1941 год».

7. В. Мельнюшкин. «Окруженец. Затеряный в 1941».

8. В. Побережных. «Попаданец в НКВД. Горячий июнь 1941 года».

9. В.Побережных. «Попаданец специального назначения. Наш человек в НКВД».


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика