Среда, 18.09.2019
Журнал Клаузура

Александр Пшеничный. «Акациевый мёд». Рассказ

– Собирайся, за тобой жена через час заедет, к полудню будете у меня. Посмотришь на мою дачу и медку откушаешь. Пасека хоть и рядом с кладбищем, но мед от этого только лучше – с привкусом тишины. И никаких отговорок! – прогудел в  динамике телефона приказной бас Толика, моего одноклассника.

Каждое лето я обещаю приятелю погостить на даче – в деревенском доме его родителей, и каждый раз отказываю в последние минуты: дела, здоровье, срочная работа. Но сегодня, видимо, медку предстоит отведать…

Вечером, полный впечатлений и в прекрасном настроении, я присел с Толиком на полусгнившее бревно у ограды деревенского кладбища, чтобы еще раз пожевать куски медовых сот, величаво плавающих в литровой банке.

В двух шагах от нас сверкнула на солнце отполированная поверхность большого гранитного камня, покоящегося на травянистом холмике, со странной надписью «Арамис» и высветленным абрисом конской головы на черной глади. У гривы белела краюха хлеба, обращенная срезанной стороной в небо.

– Что за камень? Кто-то «Трех мушкетеров» начитался? – усмехнулся я.

– Здесь конь Вальки-Акации похоронен. Арамис. Славный был коняка, но страдалец, – Толик взял хлеб с камня и разломил кусок надвое. – Свежий! Покушай с медом. Видимо Акация недавно здесь была, она сама хлеб печет и слегка подсаливает. Арамис обожал хлебные корочки с солью.  А дома, когда почистишь яблочки и обмакнешь кусочки в мед, это место сразу вспомнишь. В этом году яблоки не уродили, но для тебя найдем.

Я вытянул шею в любопытстве: «Акация!? Это фамилия или прозвище?»

– Прозвище. Валя –  моя одноклассница. Клички в деревне даются на всю жизнь, да и покойников здесь все больше не по имени вспоминают.

Я с Акацией до седьмого класса в здешней школе учился, а потом наша семья переехала в Харьков.

– Ты о коне говорил. Как он здесь оказался?

– Как? Ну что ж… слушай.

Валин муж, наш деревенский, конюхом на ипподроме работал. И жену возле себя пристроил. Вот только умер рано, а детей пара не нажила.

Осталась Валя одна. А тут и ипподром обанкротился. Акации предложили место рабочей по уходу за лошадьми в конном клубе.

А лошадей она обожала, они для нее – ангелы земные. Любила всех, но одного особенно – вороного Арамиса. После закрытия ипподрома его за немалые деньги приобрел конный клуб. Арамис слыл жеребцом непростого характера, но с Акацией он сдружился. Да что там подружился – две души, человека и животного, словно влили в одни меха.

Так и жили бы они, любя и доверяя друг другу, но неожиданно в их судьбы ворвался роковой случай.

В клубе обучались верховой езде и брали лошадей на прогулки и выезд две дочери очень известного и влиятельного в городе бизнесмена. Как и многие дети таких родителей, они жили в параллельном мире, наполненном достатком, роскошью и сомнительными удовольствиями. В мире без запретов и ответственности.

Старшая предпочитала прогулки с Арамисом, а для младшей держали наготове лучшую лошадь клуба.

День рождения старшей сестры решили отметить на пикнике с друзьями. На именины захватили несколько лошадей из клуба и … стриптизера.

Пьяная и обкуренная компания решила устроить скачки для девушек. Даже приз установили – приватный танец стриптизера для победительницы.

Арамис пришел последним, он фыркал и был явно чем-то недовольным, едва не скинув наездницу на лесной дороге. День рождения завершился скандалом и истерикой.

Поздним вечером в конюшне именинница выхватила из рук Акации лопату и изо всех сил ударила боковиной полотна по хребту Арамиса. Конь заржал и осел на задние ноги. В пьяном азарте девушка исступленно била и колола тело лошади лопатой.

Валя остолбенела от неожиданности, но вскоре бросилась с голыми руками к истязательнице. На крик сбежались работники клуба и оттащили обезумевшую девушку от лошадиного стойла.

После осмотра и недельного лечения ветеринары поставили неутешительный диагноз: «Конь жить будет, но верхом на нем ездить нельзя. Категорически!»

Отец уплатил за увеченного коня лишь половину от заявленной суммы: «Я поговорю с кем нужно, найму адвокатов – вы мне сами еще заплатите».  Дочь как ни в чем не бывало продолжала посещение клуба.

В офисе Акация услышала разговор директора по телефону: «Арамиса отправим на мясо. С заготовителем я уже договорился».

Акация ворвалась в кабинет шефа: «Не отдавайте Арамиса на живодерню. Я… я… его выкуплю».

Каждый раз, когда Акация набирала нужную сумму, продавая все что можно и нельзя из дома, дирекция увеличивала размер выкупа. То дополнительные затраты на ветеринара приплюсовала, то решила, что  бракованного коня выгоднее продать в зоопарк.

Но в дело снова вмешался случай. Валентину неожиданно лягнула в живот лошадь, за которой ухаживал другой конюх.

– Мы вернемся к первоначальной сумме продажи, если ты не заявишь о производственной травме. И оплатим лечение, – предложил директор.

Так Арамис оказался в доме Валентины. Нелегко ей было – попробуй прокормить взрослую лошадь, если одного сена в день он пятнадцать килограммов съедает. А еще два кило морковки не считая овса и отрубей, плюс витамины и услуги ветеринара.

Любила и холила Акация своего гривастого друга. Ничего для него не жалела. Придет хозяйка с работы, а конь ее у ворот встречает, мордой о плечо трется. Ну как ему не дашь горбушку хлеба, присыпанную солью!?

Пять лет их дружба длилась, пока какой-то злой или завистливый человек не отравил Арамиса. Скорее всего, соседка-дачница из города, которая каждое лето привозила внуков в деревню. Дети боялись коня, когда он пробегал мимо. Но, как говорят, не пойман – не вор.

Вот здесь мы его и похоронили, – Толик протянул руку к камню. – Впятером яму копали, глубокую – как Валя пожелала. Она плиту заказала и три акации вокруг посадила.

У нее и дом ими окружен. Говорит, что обожает запах их цветения. За это ее Акацией и прозвали. У каждого из нас свои стрекозы в голове трепещут.

Мне от Валькиных деревьев только лучше. Чудесный медонос. И сам акациевого медку накачаю, и Валю угощу…

– А где сейчас Валя? Жива? Работает? – уже в хозяйской хате за бокалом домашнего вина я снова вернулся к разговору у камня.

– Жива, если так можно назвать жизнь на пенсии. Арамиса незадолго до смерти случили с лошадью из соседнего села. Жеребеночка оставили с матерью. Хозяин кобылы – известный в нашей округе бобыль. Ни разу не был женат, но, как и Акация, обожает лошадей. Сейчас сыну Арамиса три года. Жеребец хоть куда! Валя частенько навещает его и помогает хозяину в уходе за лошадьми. По слухам их объединяют не только животные.  Если мужчина и женщина хоть как-то двигаются, то им лучше жить вместе…

Вечером следующего дня в своей кухне я окунул дольку очищенного яблока в янтарь акациевого меда. Ууу! Изумительный вкус!

Александр Пшеничный


1 комментарий

  1. Иван Жердев

    Хорошо и очень по доброму. Спасибо.

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика