Суббота, 15.05.2021
Журнал Клаузура

Александр Ралот. «Главврач московских тюрем». Рассказ

«Что же касается до того, что он российского языка не умеет, то он может оного выучить скоро, столько, сколько нужно будет по его должности, а между тем с нашими штаб-лекарями он может изъясняться по-латыни…»

Из приказа о назначении Фёдора Петровича Гааза главным доктором Павловской больницы. Губернаторъ Д.С.Ланской) 1807 год.

1805 г. Вена. Дом князя Николая Репнина-Волконского

Девушка умоляюще скрестила руки, зажав между ладонями лист бумаги. — Вы кудесник, посланник бога. Сделайте милость. Соглашайтесь. Пожалуйста. То, что папенька видит, подвиг. Будьте нашим семейным доктором.

Молодой человек в строгом немецком платье смутился, но бумагу взял. — Признаюсь честно, то что ваш батюшка после раны полученной под Аустерлицем остался на этом свете, не есть моя заслуга. На то воля господа. Я лишь сделал операцию, сохранив ему глаз. Ремеслу учился у знаменитого офтальмолога профессор Адама Шмидта. В этом городе у вашего покорного слуги частная практика, приносящая некоторый доход.., — Фридрих-Иосиф Гааз запнулся, увидев цифру гонорара прописанную в контракте. — Ссс-ка-за-ть чес-тно — заикаясь продолжил врач.- Я подружился с храбрым воином и если он просит, то никоим образом не могу отказать. Только русской студёной зимы опасаюсь. — В глазах молодого доктора забегали предательские чертенята.

— Тогда давайте включим в документ пункт — наша семья обеспечивает ещё и добротной шубой. — Девушка задорно рассмеялась.

— И строку о том, что я буду иметь право лечить как же и других пациентов. И главное! Я немец. А мы сызмальства приучены к орднунгу.(1)

— Не понимаю.

— В договоре не указан срок действия.

— В таком случае давайте включим фразу — «До скончания века!»

— Много. Полагаю пять лет будет оптимально. Поймите правильно. Моё предназначение на земле — лечить болезных. То есть быть нужным страждущим.

Несколько лет спустя. Особняк матери императора Александра первого Марии Федоровны

— Доктор не стойте в дверях. Проходите, присаживайтесь. — Хозяйка кабинета жестом указала на резной стул работы знаменитого венского мастера. — Мне о вас сказывала Варвара Репнина. Радует, что вы, как и я, склонны к занятию благотворительностью. Сие очень похвально.

Гааз открыл рот, но Мария Федоровна продолжила монолог. — Пригласила я по другой надобности. Намерена просить сына о назначении вас на пост главного врача московской больницы имени покойного мужа.

Услышав это Фридрих вскочил с места и припал к руке вдовствующей императрицы. — Бесконечно благодарен. Но я же не говорю по-русски. Разве, при таком недостатке… (2)

— Сей факт — бесцеремонно перебила женщина — ни сколько не мешает милому доктору избавлять от хворей людей самых разных сословий, включая московского губернатора. Более того. Некто Гааз, лечит бедноту бесплатно и в добавок ещё и приобретает необходимые лекарства на собственные средства. — Она взяла со стола газету и протянула гостю. — Перевести? Или сами уразумеете о чём тут писано?

«Известен случай, когда иноземный врач узнав, о том, что в московской богадельне обитатели не получают медицинского присмотра, без всякого на то побуждения, навещал болезных три раза в неделю. Не брал ни копейки денег и обеспечивал лекарствами!»

— Хотел уехать на воды.- Взмолился доктор. — Изучить тамошние источники. Да и собственное здоровье требует внимания.

— Кто же против? Наведёте немецкий порядок в больнице и поезжайте. Полагаю император препятствовать не станет.

1810 г. Район Кавказских минеральных вод

— Барин. Всё трудитесь? Почитай уж пятый час от стола не отходите. А ещё дохтур. Пошли бы, погуляли. Погоды какие. Загляденье. Для здоровья, целебные. Хвори, как рукой, снимат. А я тем временем здеся порядок наведу. — Служанка, скрестив руки на груди, всем видом давала понять, что не покинет гостиничного номера до тех пор, пока постоялец не исполнит просьбу.

— jetzt, jetzt, hier sind nur ein paar Zeilen fertig (нем.) Сейчас. Вот только пару строчек допишу. — Не отрывая взгляда от стола молвил постоялец. — Бумагу сочиняю. Пошлю её не кому-нибудь, а самому министру внутренних дел — Гааз поднял палец вверх. — В ваших местах надобно создать сеть бальнеолечебниц. Окрестности гор Машук и Бештау изобилуют минеральными источниками. Люди должны знать как правильно употреблять целебные воды. А для этого следует точно определить их кислотность и количество минеральных солей. Какую пользу они могут принести организму. А главное — наличествуют ли противопоказания? «Ma visite aux eaux d’Alexandre en 1809 et 1810».(«Моё путешествие на Александровские воды»)

— Не поняла?

— Книгу так назову. Надобно понимать — людские органы ежесекундно «омываются соками». В коих растворенны те же элементы, что и в здешних источниках. Поэтому питие этой водицы должно усилить работу оных. Обязательно возрастёт аппетит. Уменьшится время усвоения питательных веществ. А сие — не что иное, как полезное профилактическое и целебное воздействие! Состоится — «обновление» организма. Но при этом приезжающие сюда дамы и господа обязаны неукоснительно соблюдать предписанные диеты и режим движения, в который следует включать путь к минеральным источникам! А теперь, подай вон ту сумку. Пойду пробы брать. Ты права. Есть время для стола, должно быть и для природы. Без того и другого наука существовать не может!(3)

1812 г. Москва

В дверь стучали всё настойчивее. «Неужто придётся опять пропустить утренний молебен в ближайшей кирхе. Однако мой первейший долг оказывать медицинскую помощь. Бог видит и простит. Скорее всего пришли пригласить к тяжело больному или вовсе помирающему!» — Фёдор Петрович спешно натягивал чёрный фрак, бархатные панталоны и белые чулки, (этому одеянию он остался верен до конца своих дней)

Доктор ошибся. Открыв дверь столкнулся с фельдъегерем.

— Велено, без промедления, доставить к губернатору.

— Сам захворал, что ли?

— Вся страна занедужила! Сильно! Война, барин. Француз окаянный напал!

***

— Неволить не стану. Понимаю, у вас и здесь дел невпроворот. Главенство в Павловской больнице, обширная частная практика, а также регулярное присутствие в Староекатерининской и Преображенской лекарнях. К тому же вы иностранец и …

— Я русский — при этих словах Фёдор Петрович демонстративно поправил орден святого Владимира. — Немедленно определите в действующие войска. Там я буду полезен более всего!

***

Тридцатидвухлетний врач лет вместе с русской армией дошёл до Парижа. На обратном пути заехал в родной Мюнстерайфель. Успел попрощаться с умирающим отцом.

Мать и братья наперебой уговаривали остаться дома, но доктор ответил категорическим — нет! Неотвратимо тянуло на далёкую, новую Родину.

1828 год. Зима. Ночь. Малый Казённый переулок

— Гришка глянь туда! Кажись сегодня везёт.  Шуба сама в руки плывёт. Зуб даю, наверняка у этакого богатея и кошелёк с ассигнациями сыщется. — Оглобля оскалил в довольной ухмылке рот, с гнилыми зубами.

— Сдурел барин. Без саней по улице прёт. Ща, мы его мигом! На гоп-стоп.(4)

— Второй бандит вытащил нож и шагнул к одинокому путнику.

— Скидавай шубу, коли жизнь дорога! — Гришка приставил лезвие к горлу жертвы.

Мужчина и не думал сопротивляться. На снег полетел головной убор. Гааз начал споро расстёгивать пуговицы, приговаривая — «Голубчики, вы меня только доведите до больного, а то я сейчас озябну. Месяц февраль. Если хотите, приходите потом ко мне в больницу Полицейскую, спросите Гааза, вам шубу отдадут».(5)

Услышав эти слова Оглобля, что есть силы дёрнул напарника за руку, после чего опустился на колени, увлекая за собой Гришку.

— «Батюшка, да мы тебя не признали в темноте! Прости!». Я со товарищем мигом доведём куда прикажешь, дабы лихие люди, вроде как мы, беду великую с тобой не сотворили. И назад проводим, по той же причине.» Вот те крест! — Бандит начал истово креститься. Гришка видя это и ничего не понимая стал машинально повторять движения подельника.

***

Притопывая, чтобы согреться, и похлопывая себя по бокам налётчики ожидали врача дабы исполнить обещание и сопроводить до дома, в поздний час.

— Оглобля, ты конечно вор знатный, не мне чета, однако растолкуй, что это сегодня приключилось? И чего ради мы гопака приплясываем?

— Не абы кого, а живого — святого дожидаемся. Ради него и помёрзнуть часок-другой не грех.

Гришка заморгал заиндевевшими ресницами, хотел возразить и уже открыл рот, но Оглобля продолжил. — Видал небось, как нашего брата на каторгу гонят.

— Ну.

— Продевают сквозь наручники длиннющую железяку и сковывают парами. Аки рыбу на кукан. По двенадцать страдальцев к ряду. Вот и топают горемычные в холод и стужу. Тех, кто послабее, сильные волокут за собой. Деваться то, некуда. Порой и померших тащат. Цельный день, до привалу.

— К чему, стращаешь? Дабы разбойничать перестали, что-ли?

— Это каждый, завсегда, сам решат. А только дохтур Гааз железяку отменил! В кандалы велел себя заковать, походил денёк, да и изобрёл новые, облегчённые. Вместо пудовых, мы с тобой, если поймают, будем таскать лёгенькие, семи килограммовые. А ещё добился того, чтобы для нашего брата больничку открыли. Деньги из собственного кошелька на лекарства для людишек безродных тратит, без счёта. Да я такому человеку до конца дней вернее дворового пса служить стану, только бы приказал.

***

Всю дорогу домой Фёдор Петрович твердил добровольным стражникам, что грабить людей — есть грех. Каждый человек, по мере сил обязан приносить обществу пользу. И таки убедил. Через несколько дней в одной из городских больниц приступили к работе новый санитар и истопник.

Бутырская тюрьма

Чиновники с утра носились как угорелые. Ещё бы. К ним едет самодержец российский. Но более всего боялись не монаршего гнева, а того, чтобы этот немец — доктор не вякнул Николаю первому лишнего. С него станется. Вот ведь неугомонный. Всё ему мало. Уже по его ходатайству приют построили. Школу открыли. Для детей осуждённых. Штат учителей комплектуют. Будут вскорости малышню арифметике, грамматике, да Закону Божию обучать. А ему ещё и преподавателя по прикладным наукам подавай. Ребятню к ремёслам требует приучать. И ещё чего удумал. Надобно, говорит, пособие освобождаемым выдавать. Чтобы побыстрее домой добирались и по дороге не озорничали. И крестьян не грабили. Предлагает фонд создать, благотворительный. И сам же готов первым в него деньгу вложить.

***

Императору, сразу по приезду, вручили челобитную. В ней утверждалось:

«Имеется достоверная информация, что некоторые заключённые симулируют болезнь, а коллежский советник Фёдор Петрович Гааз их в этаком безобразии покрывает.»

***

Царь поманил к себе доктора и протянул бумагу. Тот прочтя «пасквиль» бухнулся перед монархом на колени.

— «Ну полно, Федор Петрович, я прощаю»(6). Встаньте. Вы добрых дел творите много больше. Сие всем известно.

— «Не за себя прошу, а за заключённых. Некоторые из них слишком старые, чтобы отбывать наказание. Явите милость. Отпустите на волю»(6).

Император на миг замешкался. Посмотрел на свиту. — Вы слышите?

— Старики помрут на этапе. Их на смерть не осуждали. — Продолжил доктор.

Николай ткнул пальцем в грудь, стоящего на вытяжку, начальника тюрьмы. —Согласен с ним?

— «Что вы всё защищаете рецидивистов, без вины в тюрьму не сажают!»(7) — ответил за чиновника, митрополит Филарет.

— «А как же Христос? Вы забыли о Христе!» — парировал Гааз.(7)

Наступила гнетущая тишина.

— Отпускаю! Пятерых! — Молвил царь. — Но помните. Если они и дальше станут разбойничать. Этот грех будет на вашей совести, доктор.

— «Тюрьмы и каторга — являются школами преступности, которые активно распространяют зло…» (8) — с вызовом произнёс врач, поднимаясь с колен.

Август 1853 года

Священник Орлов переминался с ноги на ногу подле двери ведущей в покои митрополита.

— Чего тебе? Проходи, коль явился в столь ранний час — буркнул Филарет. — Беда, что ль какая, приключилась?

— Ага. Владыка, приключилась. Доктор Гааз отходит. Того и гляди помрёт. Как отпевать будем? Ведь он не наш.

— Что значит не наш. Ещё какой наш.

— Я хотел сказать, не православный.

— Нужной он веры. Человек очень даже праведный! Ступай, и молись о здравии.

— Как можно? Ведь святцах не предусмотрено совершение молебна о иноверцах.

— Тогда вели запрягать. Сам к нему поеду. Попрощаюсь. По нашему. По-православному. Ей-богу, доктор этого, ой как достоин!

***

Митрополит Московский лично отслужил молебен и позволил служить заупокойную службу, не обращая внимания на «препятствие» — поминать католика.

***

Хоронили главного врача второй столицы России за казённый кошт. Денег у некогда состоятельного врача не осталось. Семьёй он так и не обзавёлся. Детишек не нажил. Что накопил, щедро раздал нуждающимся и заключённым.

За гробом шли двадцать тысяч человек из ста семидесяти тысяч проживающих в тот год в Москве. На могиле водрузили камень со словами: «спешите делать добро» и крест.

Некоторое время спустя бывшие зеки соорудили ограду из так называемых «гаазовских» кандалов (6)

2021 г. Москва. Район Тропарёво

Стайка молодых людей, смеясь и перебивая друг друга почти бежала по тротуару.

Вдруг девушка Марина, остановилась и показала пальчиком на блестящую табличку. — Улица Доктора Гааза. — прочитала вслух. — Ребята, а кто такой Гааз?

— Гаагу знаем, Гааза нет. — Съехидничал один из парней. — Там, клубы и тусовки европейские, не чета нашим. Правда у них сейчас локдаун и полный аут!

Все засмеялись и поспешили дальше.

Но Марина осталась. Открыла страничку в интернете, погуглила и бросилась догонять друзей. — Ребята, я вам сейчас такое расскажу! Отпад! Оказывается этот немецкий врач Гааз….!

***

«У Гааза нет отказа» — Булат Окуджава

Александр Ралот

_______________

(1) — О́рднунг (нем. Ordnung) — в немецком языке многозначное слово ordnung обозначает в том числе «церковный порядок», «дисциплина», «правило», «урегулирование», «организация», «система».(Википедия)

(2) — Через несколько лет Федоре Петрович Гааз блестяще овладел языком своей второй Родины. И уже сам указывал на ошибки в правописании русским чиновникам.

(3) — «Источник № 23 в городе Ессентуки до сих пор называется источником «Гааза-Пономарёва». Трактат «Ma visite aux еаuх d’Alexandre en 1809 et 1810» после пожара (1812 г.) в Москве стал библиографической редкостью. До нашего времени дошло лишь семь экземпляров книги.(Блохина Н. Н. Исследование Кавказских Минеральных Вод врачом-гуманистом Ф. П. Гаазом // Клиническая медицина. — 2012. — № 6. — С. 76—80). (В наши в городах Ессентуки и Железноводске есть улицы носящие имя знаменитого врача.)

(4) — Грабёж; нападение с целью хищения имущества потерпевшего, совершённое с применением насилия, либо с угрозой применения насилия.

(5) — https://tigr—s—vesami.livejournal.com/198473.html

(6) — https://www.miloserdie.ru/article/kto-posadil-v-butyrke-topolya/

(7) — https://raven-yellow.livejournal.com/277824.html

(8) — https://zen.yandex.ru/media/id/5b61ddc6e9151400a9f49413/o-jizni-doktora-speshivshego-delat-dobro-5df798fd3d5f6900b1d6d4c7

 


1 комментарий

  1. София Агачер

    Замечательный рассказ. Спасибо, Александр!

Добавить комментарий для София Агачер Отменить ответ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика