Воскресенье, 16.06.2024
Журнал Клаузура

Алексей Филимонов. «ВНЕВИЗМ – что это такое?»

                                                                                                                                                                   И невозможное возможно…

                                                                                              Ал.Блок

Вопрос следует поставить так: зачем нужно сегодня новое литературно-философское течение? Все русла изучены, а многие вообще считают, что мы живем в последние времена, и посему трясина постмодернизма – до скончания света. Поэтому если паки не возродимся – то так и умрем в безвестности. Как христианство забирает у человека душу, так литературная среда отбирает способность мыслить и мечтать. «Масонские игры» почвенников и либералов привели словесность к патовой ситуации, где все мнится завершенным и разлагающимся.

Следовательно, мне кажется – нужен росчерк  извне, сквозь ограниченное красно-белое поле, ход конем, который подобен зигзагу молнии. Литература не может не развиваться, развеивая в клочья догмы и предрассудки. Наивно полагать, что сегодня возможно напрямую продолжать идеи Серебряного века. Перед нами провал, пропасть, и не оттого, что поэзия советского времени не продолжала по-своему традицию или не создала шедевров. За столетие после кризиса символизма (1910) произошли необратимые изменения в самой природе человека, писание стало обыденностью и выражением чувств, утратив художественно-философское осмысление. Пропала культура чтения, прежде всего у легиона самих пишущих. Упразднение иерархии выгодно авторам, которые не стремятся к развитию. Современное литературоведение создает видимость мышления, занятое писателями позавчерашним дня, творчество которых оно объявляет «новейшей» литературой. Не лучше положение в критике, обслуживающей замкнутые литературные кланы.

Вневизм – как идея и практика новой литературы, задуман два десятилетия назад, совсем недавно он неожиданно проявился, обретя сторонников. Он мог возникнуть только в Петербурге, пространстве, противостоящем победившему в Москве материализму, и помимо слагаемых взгляда изне и вхождения образа-символа в материю, что содержится в его аббревиатуре – Вне-В-Изм, – в названии можно различить поток Невы, символизирующий вечно обновляющуюся традицию, на брегах которой родился силлабо-тонический русский стих, а также две «В» и литеру «Н», указывающих на зазеркалье  Владимира Набокова. Собственно, вневизм существовал всегда, как метафизическая струя в искусстве, почти неизреченная, сквозняк из подлинной реальности. Это сплав традиции и новизны как суммы приемов, новый их синтез. Вневизм окликает своего Полифема, взыскующего Никого и Ничто из неявленной материи, чье видение отнюдь не око всевидящего надзирателя, лишенного свободы и ограничивающего других, а потому обманутого Одиссем. Активный сотворяющий импульс вневистики – попытка преобразить мир (миф) по образу и подобию духа.

Казалось бы, это всего лишь приставка: вне-, но она коренным образом меняет суть слова, перенося драматический конфликт в иное измерение и продолжая его здесь. Так проявляется новое диалектическое начало вне-течения. Внежить, внесталь, внекто – не только новые понятия Внесловника, еще не имеющие широкого употребления, но и термины-антиподы. По Набокову, от комического космическое отделено всего одной свистящей буквой «с». Рассказ Павла Алексеева «Внежить» о том, что героя внезапно мучает  потусторонность, – то, чему он не может подобрать имени и потому демонизирует. Персонаж начинает «жить вне», пытаясь осознавать мир, который прежде был заслонен от него телерекламой, насущными нуждами и усвоенной с детства материалистическими догмами. Возвращаясь «в» мир – глядя на него изнанки материи, герой и через него автор прозревают в нем подлинные черты, так в коконе тела смутно шевелится бабочка возрождения и возвращения к истокам, когда Природа еще не была отгорожена от человека и сама являлась Храмом.

Критик Ольга Соколова использует «взгляд извне» (название ее одноименного сборника статей) как опыт постижения и выявления художественной истины, находящейся не только здесь, но и вовне, который, возможно, никогда не проявится даже на уровне идей. Отсюда мнимый герметизм направления – когда двойник – внекто – видит внесталь (вдосталь вне), чего обыденный человек, лишенный «шестого чувства», чувства прекрасного, лишен. Вневизм вне пользы и здравого смысла, – по Набокову, литература это прекрасный обман, служащий одной цели – созерцания красоты действительности, в чем заключается подлинное счастье.

Мы живем в компьютерную эпоху, и для кого-то «сеть» – золотые лучи, для иных – черная паутина. Безусловно, пространство вне печатного станка более насыщено полифоничными идеями, возможен мгновенный отклик, иногда граничащий с озарением, потому что другое я, вступающее в диалог, может выступать проекцией собственного сознания вовне, погруженного в область таинственного и неразгаданного.

17 ноября в Санкт-Петербургском Доме писателя состоится первая научно-практическая конференция «Вневизм и традиция», посвященная новому направлению. Круг тем – «метафизический язык», завещанный Пушкиным, наследие мировой литературы и философии (Платон, Бахтин, Хайдеггер, Тютчев, символисты и др.), взгляд извне как парадокс и активная созидающая сила, проблема непроявленного слова в художественном переводе, соотношение традиции и авангарда, вневизм как синтез неявленных тем и текстов, эмблематика бездны в сквозящих символах и др.

Павел Алексеев. «Внежить».


комментария 23

  1. Ольга

    Читая наши стихи, статьи, люди высветляются сердцами, забывают о своих проблемах.

  2. Ольга

    Считаю, что во вневизме лежит путь к единению народов и культур и спасению от обыденности.

  3. Алексей Филимонов

    Согласен, с Вами, Владимир!
    Вернуть слову подлинность от ощущения мира одна из задач. Распрограммировать человека, сделать его свободным, дать толчок к само-освобождению от пут материи и духовных цепей.
    Но только это очень сложные звуки, которые для нас имеют ценность гармонии и почти совершенства. Они целостные, поэтому и «простые»…

  4. Владимир Глинский

    Если вспомнить историю злоключений слова, то можно отметить, что вначале слово было ярлычком для различения вещного мира и манипуляций над ним. Затем слово стало отображением вещного мира в нас, своего рода регистрацией вещного мира. Позже слово превратилось в регистрацию наших ощущений. Последнее приключение слова заключалось в том, что оно регистрировало наши идеи и фантазии, в попытках избавиться от человеческого, и, наконец, оно от этого человеческого избавилось.
    Так вот, теперь возникает вопрос, готово ли это литературное слово, словно Одиссей вернуться к своей Пенелопе. То есть, сегодня литературное слово и катарсис от его приключения должно заключаться в открытии человеческого, словно Terra Incognita. Мы вновь должны научиться радоваться простейшим звукам тростниковой дудки, пусть даже эти нехитрые звуки и будут создаваться на мощнейших ультрасовременных синтезаторах.

  5. Алексей Филимонов

    Нет, не ученых. Просто ответственных товарищей — за свою карьеру, распределение средств между своими и уничтожение конкурентов и молодой поросли. Не секрет, что средний возраст актива нашей парт… пе… простите, писательской организации, почти 80 лет.

  6. Светлана

    Перечитала статью, в глаза бросилась фраза: «Как христианство забирает у человека душу, так литературная среда отбирает способность мыслить и мечтать».
    Как же так случилось, что литературная среда отбирает способность мыслить и мечтать?
    Не связано ли это с тем, что в литературной среде потеряли чувство Слова? А также, что литературная среда стала слишком материальной, а в связи с этим и косноязычной, признавая лишь внешнюю сторону событий, не связывая их с метафизикой? То есть, тут в таком случае подходит следующее:»Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем» (КНИГА ЕККЛЕСИАСТА).
    Что нужно понимать под литературной средой»? Собрание ученых мужей?

  7. Алексей Филимонов

    Да, хотя это уже больше похоже на игру слов. Все решается в пространстве текста, художественного произведения, и не суть важно, в каком жанре оно создано, — стоит ли за знаками и символами не проявленная бездна, либо хлябь материи.

  8. Ольга Соколова

    Лучше взгляд ребёнка, помнящего своё вИдение из вечности, чем взгляд взрослого человека, затерявшегося во Тьме. Ольга

  9. Алексей Филимонов

    Ольга, ответ в жанре «простодушной вневистики», но не таков ли и взгляд ребенка, еще помнящий свое вИдение из вечности?..

  10. Ольга Соколова

    Владимир Соловьёв предложил в своё время искать истину вне. Я с ним совершенно согласна. И буду использовать в своих стихах и статьях взгляд из вне. Вопреки всем и вся. Ольга.

  11. Алексей Филимонов

    Безусловно, Светлана, все не так просто в создании нового критического взгляда и надо тщательнее отбирать работы для сборника, чтобы туда не попадали черновики и т.д. Нам важны и полярные точки зрения, не зависящие от тех или иных «слишком человеческих» импульсов.
    Понятие «бога» крайне широко и вряд ли сегодня можно прийти к общему мнению, что это такое, ну, кроме обывательского бреда, что бог един для всех и пр.

  12. Светлана

    Алексей, я считаю эту книгу смешением всякой всячины, больше я никак не могу выразить свое отношение к ней.
    Такие книги могут в корне извратить направление.
    Что вы имеете в виду под пантеистическим взглядом? Если то, что Бог и природа близки или тождественны, то это неверно. Но, возможно, я неправильно вас поняла.
    Слово «лучи» нужно употреблять осторожно, так как лучи бывают разные, Царь Мира тоже распространял Лучи.
    Сознание может поразить только Молния.

  13. Алексей Филимонов

    Светлана, о книге О.Соколовой можно и нужно говорить — парадоксальность «взгляда извне» складывает из пантеистического взгляда запредельности, который составляют также лучи нашего сознания.

  14. Светлана

    А разве можно серьезно говорить об О. Соколовой, как о критике? А тем более о том, как она трактует Взгляд извне…

  15. Мих. Оршанский

    Критик Ольга Соколова использует «взгляд извне» — это называется «отстранение», приём, впервые применённый в русской литературе, пожалуй, Карамзиным. В драматургии его довёл до разумного предела Брехт — ОСТРАНЕНИЕ. Положа руку на сердце, я не думаю, что русская поэзия возможна в этом русле — если не любой рифмованный текст относить к поэзии
    Разумеется, готов обсуждать

  16. александр

    Пламенный привет от НИЧЕВОКОВ!

  17. Алексей Филимонов

    Светлана, безусловно, культура это не то, что задано, но раскрывается лишь при нашем личном участии, преодолении двойной косности — внутри человека и того, что называется культурным пластом, уровнем, традицией и т.д.

  18. Светлана

    Нужно вспомнить Откуда мы и зачем сюда пришли. А культуры слишком много вокруг, культура, говорящая, что может быть так и не иначе служит лишь оковами для человека, стремящегося найти Истину.

  19. Сергей Воробьёв

    Надо думать, что новое течение возникло не случайно. Всегда в периоды кризисов и ухода от предначертанного пути появляется некая сформулированная кем-то концептуальная модель, способная подвигнуть к осязанию действительности через вне и над-бытийные реалии. Другого пути выйти из материального оцепенения, как правило, нет. Иначе литература становится подёнщицей всеядного обывателя, а вся культура в целом превращается в дизайн. Поэтому-то и «писание стало обыденностью и выражением чувств, утратив художественно-философское осмысление. Пропала культура чтения, прежде всего у легиона самих пишущих». Это очень точные слова. И чтобы это состояние не закрепилось во времени, нужно соединить оборванные культурные и мировоззренческие связи выпавшим из общей цепи звеном. Течение, обозначенное, как «Вневизм», возможно, и являет собой попытку, инициацию к выковке этого звена. Само течение во временном и событийном круге может и отпасть, но задачу соединения и обозначения «художественной истины» оно непременно должно выполнить и, вероятно, возродиться вновь, когда придёт необходимый для этого момент.
    Валентин Катаев отрицал все литературные течения и делил литературу на собственно литературу и её кривое отражение. Может быть, этот прямой (упрощённый) взгляд хорош, когда наличествует литературная иерархия и присутствует литературное мышление, а не видимость его. В период вне-временья всегда возникают и вне-течения, чтобы противопоставить явное неявному, чтобы очистить мутные воды окололитературной обывательщины новыми струями озарения извне.

  20. Светлана

    А я была так наивна, полагая, что и теперь блеснет вдруг вся та неземная Красота Серебряного Века.
    В таком случае, замечательно, что существует течение Вневизм, которое является провожатым символа в Материю и из Нее.
    Значит, искусство создания образов все таки живо!
    Пусть продолжает жить!

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Электронное периодическое издание "Клаузура". Регистрационный номер Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Печатное издание журнал "Клаузура"
Регистрационный номер ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика