Четверг, 21.02.2019
Журнал Клаузура

Алексей Курганов. «Любовь зла.., или Про ордена, медали и Почётные Грамоты». Рассказ

Случилось неприятное, но не такое уж и редкое: Томка Скороходова пообещала Тасику, что будет его ждать из армии, но уже через пару месяцев после тасиковых проводов в «непобедимую и легендарную» пошла на сеновал со школьным учителем, Герасимом Степановичем. Тасику, конечно  же, немедленно сообщили. Народ у нас в деревне добрый, отзывчивый. Стучит радостно, стучит сразу, не задумываясь, по зову души, возбуждённо облизывая со щёк сопли и слюни, в предвкушении кровавых сцен мелко и радостно дрожа верхними и нижними конечностями…

Дальше всё развивалось как в хреновом водевиле: Тасик, узнав о такой нагло-коварной измене, рассвирепел, спёр из части автомат и побежал расправляться с подлой обманщицей (благо служил от родной деревни не так уж и далеко: всего-то в полтутора сотнях вёрст). Армейские его пропажу обнаружили быстро и бросились в погоню. Окружили в лесу, в двух десятках километров от части, и хорошо ещё, что Тасик догадался не открыть по ним огонь, благо патронов у него был полный боекомплект. Поэтому за такую похвальную сообразительность получил он всего полтора года дисбата. Которых, однако, хватило, чтобы в деревню он вернулся матёрым уголовником, потому что дисбат это, в сущности, та же тюрьма, только с погонами. Как говорится, те же яйца, но вид сбоку.

Томка, узнав о возвращении любимого, сильно заскучала. Оно и понятно: кому ж охота башки лишиться? Тут никакой школьный учитель не спасёт, тем более что, узнав о скором тасиковом возвращении Герасим Степанович из школы срочно уволился и моментально сдриснул из деревни в совершенно неизвестном никому направлении (говорил, что едет куда-то за Полярный круг. Врал, наверное. Тот ещё жучара. Одно слово – учитель! Чему он может научить? Если только как с чужими невестами по сеновалам шариться!).

Под томкиными окнами Тасик появился не сразу. Сначала он от души погулеванил дома, доведя до нервной дрожи соседей обилием татуировок и рассказами о незатейливости  нравов, царящих в его родном дисциплинарном батальоне. Через два дня он угомонился,  освежился пивком и, наконец, пошёл к любимой. Томка, понятно, дверь ему не открыла и принялась названивать в родную  милицию (или как её сегодня?), чтобы та её срочно спасала. Она вас уже убивает, спросили в трубке. Нет пока, вынуждена была признать Томка. Ах, нет пока, разочаровался говоривший. Вот когда начнёт, тогда и звоните. Томка в бессильной ярости бросила телефонную трубку и побежала на кухню, схватила первый попавшийся под руку тяжёлый предмет (это была молоток для размягчения мяса), чтобы обороняться до последнего своего томкиного вздоха.

Ну, что, лярва, услышала она через плотно зашторенное окно ласковое и приветливое. Дождалася своего защитника Родины? Вот я и вернулся. Весь в орденах, медалях и Почётных грамотах.

… и с ножиком в кармане, поняла Томка  недосказанное и сообразила: делать вид, что никого нет дома, бесполезно. Поэтому решила  сменить тактику поведения и косить под придурошную.

Ой, хто ета, спросила через окошко. Никак ты, Тасик? Вернулся? Вот радость-то!

Ага, услышала с той стороны безжалостное и ехидное. Вернулся. Прилетел на крыльях любви.  Открывай. Целоваться будем. Прям по-взрослому.

Вот и всё, поняла Томка. Вот и смерть. А за что? Ну, дала восемь раз Герасиму Степановичу – и что? Он же учитель! Сеет умное, доброе, вечное, гнусное… Ну, комбайнёру Сидорову два раза… Пал Прохоровичу из потребкооперации… Прапорщику этому мордастому, который солдат на сенокос привозил… Деду Кузьме… И что теперь? За что убивать? Какая жестокость! Дверь закрыть на два замка? А толку? Этому бугаиане ничего не стоит окно или дверь вынести. Даже и не поморщится.

Она снова достала мобильный, снова защёлкала кнопками. Убивает, сказала в трубку. Да, удивились в трубке. Уже? Тогда дайте ему трубочку.

А его пока ещё нету, пояснила Томка. Он пока что только изготовляется проникнуть. В трубке раздалось хмыкание. Как же он вас тогда убивает, ответили ей, если его пока ещё нету? Когда появится – поздно будет, совершенно логично предположила Томка. Разберёмся, ответили ей и прекратили разговор.

И тогда она, предсмертно вздохнув и расстегнув на всякий пожарный три верхние пуговицы на кофточке, пошла открывать…

Что там у них происходило дальше – загадка загадок. Только Тасик не выходил из томкиной  квартиры три дня. На четвёртый они вышил вместе, держась за руки аки невинные голубочки. От Томки ароматно воняло духами «Красная Москва», от Тасика – одеколоном «Шипр», который забыл убегавший в спешке и панике Герасим Степанович. И пошли они гулять на луг, и дальше – на речку. И так гуляли аж до утра. А чего им? Оба — неженатые, так что имеют полное морально-нравственное право… Может, ещё и… Но не будем загадывать. Не будем. А то сглазим.

Алексей Курганов


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика