Понедельник, 03.08.2020
Журнал Клаузура

Демиург сознания: Джон Фаулз и его интеллектуальные романы

Джон Фаулз – английский писатель, достаточно хорошо известный в России. Популярен он был скорее среди более «образованного читателя», тем не менее, в какой-то момент стал общепризнанным автором бестселлеров.

Основная тема романов Джона Фаулза – авторское сознание. Что происходит в голове создателя, когда он пишет, сочиняет, выдумывает персонажей, историю, сюжетный ход. Взаимодействия автора и его героев, взгляд со стороны на собственный метод. Неслучайно в одном из романов Фаулза «Мантисса» действие происходит в серой комнате, то есть – в сознании.

Одним из самых ранних произведений Фаулза становится книга «Коллекционер». Как и часто бывает у авторов постмодернистов, то есть авторов второй половины XX века, роман Фаулза не имеет только одной линии повествования. Помимо исторических реалий, у нег обязательно присутствуют психологический план, аллегорический, символический. В романе — детективный сюжет. Главный герой – маньяк, который, тщательно подготовившись, «выкрадывает» девушку, молодую художницу, и заключает ее в свой дом или замок, вдали от людей. Коллекционер забирает свою жертву так, как собирают бабочек, лишая возможности жить и летать, ради красоты и, собственно, жажды обладания. В конце истории героиня погибает, а главный герой по этому поводу не очень переживает, сразу устремляется на новые поиски: похитить кого-то еще.

С одной стороны, для читателя очевиден ужас происходящего.  Ясность мысли автора почти что однозначна, на первый взгляд: художник, не знающий смысла в искусстве, похищает, убивает живое, истинное воплощение искусства, живости, ранимости, свободы. В романе даже есть антипод Миранды, своеобразное противопоставление ей. Миранда – художница, а вот главный герой в какой-то момент увлекался фотографией. Художник (или художница) не убивает, а хочет «задержать» мгновение, пережить или передать, поделиться им.  Фотограф, с метафорической точки зрения, — «убивает», хочет «присвоить», «отнять», «отобрать», «заклеймить» памятью какой-то важный и, возможно, скоротечный момент, из которых жизнь и состоит.

Итак, оппозиция «жертва – мучитель» – вполне объяснима и ярко выражена. Еще до встречи с коллекционером, Миранда познакомилась с художником схожего плана и характера, который тоже каким-то странным образом лишил ее свободы…

С другой стороны, во время своего заточения, Миранда вовсе не сидит «сложа руки», она пытается «договориться» с коллекционером. Действует. Даже в какой-то момент предлагает ему провести с ней ночь. На что он только руками пожимает, говоря, «я не такой» … В этом смысле, образ маньяка – статичен, его мотивы и решения – предопределены. Миранда же – развивается, борется. Пытается выжить. Образ жертвы или слабости с ней не так уж сильно импонирует. И хотя выжить ей не удается, ее отношение к действительности – человечно.

Драматургия внутренней и внешней изменчивости Миранды по сути и дает ощущение жизни, в отличие от статики коллекционера и его вечной смерти или ее предчувствия, которое так и не находит своего выхода.

Коллекционер тоже не однозначен, иначе Фаулз не был бы столько маститым автором. Несмотря на всю недоразвитость образа, есть в нем определенный штрих «человека искусства» в общем. Того, кто запирает сам себя со своим созданием, пока не докончит, не сделает, не создаст по своему собственному подобию. Коллекционера часто сравнивали с Калибаном, шекспировским героем из «Бури», воплощением дикости и примитивности. Впрочем, именно этот мотив и дает ощущение игры, референции к другим текстам, которое не делает повествованию столь страшным, каким оно могло бы показаться на первый взгляд. Сходный эффект используется Владимиром Набоковым в романе «Лолита», где помимо сюжета и детективной истории содержится огромное количество других реминисценций и мотивов.

У Фаулза было несколько романов, важных, сложных. «Даниэль Мартин», «Волхв», «Червь». Каждый о мастере, или художнике, или создателе. О творчестве. Одним из самых захватывающий и популярных (благодаря блестящему фильму с Мэрил Стрип и Джероми Айронсом), становится книга Фаулза «Женщина французского лейтенанта» (в некоторых переводах «Любовница французского лейтенанта»). Книга о Викторианской Англии, в которой разворачивается драматичный сюжет.

Герой приезжает в небольшой прибрежный городок, где собирается и намерен жениться. В какой-то момент он прогуливается вдоль берега во время шторма со своей будущей невестой, рассуждая об эволюции и о Дарвине, и вдруг, неожиданно для себя, видит странное зрелище. Девушка стоит на пирсе и мучительно вглядывается в пучину! Шторм усиливается, а она все стоит, вглядываясь вдаль, как будто даже не боится, что один неправильный шаг, и она упадет в пучину. Главный герой полон желания помочь. Он бежит по пирсу, торопиться, чтобы спасти, предупредить ее, но, как сразу оказывается, — безуспешно.

В какой-то момент по ходу повествования он начинает осознавать, что влюбился в эту женщину без памяти. Подкарауливает ее во время прогулок. Следует за ней. Английский городок небольшой, поэтому герою часто рассказывают об этой женщине. Она безумна. Обманутая неким французским лейтенантом, который бросил ее, и теперь, опозоренная, она каждый день ходит к морю, и ждет его. Совершенно спятила от горя и осуждения суровым судом местных нравов.

Рассказы о безумии только подхлестывают воображение главного героя.  Он чувствует, что полностью потерял контроль над своими чувствами, и страстно влюблен. Во время их встреч, он просит Сару поберечь себя, позаботиться о себе. Встречаясь с ней, не знает, как объяснить нахлынувшие на него чувства.

В какой-то момент он понимает, что свадьба расстроена. Он бросает все, и устремляется на встречу к Саре.  Назначает ей свидание в гостинице, куда она и приезжает. Венцом, определенной высшей точкой повествования оказывается тот факт (а для героя он становится очевидным), что в истории жизни главной героини не было никакого лейтенанта. История была выдумана Сарой от начала до конца, чтобы привлечь, завлечь, удивить главного героя. На утро, впрочем, Сара исчезает, а Чарльз ищет ее еще полжизни, смущенный, влюбленный, отчаявшийся, раздавленный.

Отдельным ходом автора становится размежевание повествования, его распадение. Помимо сюжетного плана XIX века и викторианской Англии, в романе есть еще один план – съемочная площадка. В фильме, который снимается современными кинематографистами, главные герои (он и она) – играют Сару и Чарльза, влюбляются друг в друга, но, в некотором смысле, с другой степенью чувства, которое лишь слегка захватывает их ощущения, лишь ненадолго лишает самоконтроля, заставляя на время съемок полностью погрузиться друг в друга.

О чем роман? О ностальгии по викторианской Англии. Джон Фаулз совершенно виртуозно признается в любви «старым нравам», старым законам и идеалам, когда было возможно влюбиться по-настоящему, обмануться, быть обманутым. Ностальгия по тому времени, и по тем эстетическим средствам и повествовательным законам. Тогда было возможно «увести» мужчину из-под венца, придумать историю и сыграть ее до такой степени хорошо, что герой полностью менял ход своей жизни, ради счастья быть с женщиной, которую половина жителей считает обманутой, а половина – безумной.

Дело в том, что Сара – героиня XIX века во всем, и у нее есть несколько схожий прообразов в мировой литературе. Анна Каренина Льва Толстого, которая тоже отдает своему чувству абсолютно все. Единственный выход из такого положения — «броситься под поезд». Совершенно не современная история, возможная только по канонам, законам, чувствам XIX века. Те же чувства описаны у героинь Шарлотты Бронте, а особенно Эмили Бронте в «Грозовом перевале». Счастья там нет и быть не может, а любовь – сумасшествие и безумие, расщепление сознания. В «Грозовом перевале» дом – в одном месте, любимый человек – в другом. Схожие мотивы у Томаса Харди. У Генри Джеймса.

Такая расстановки приоритетов понятна. XIX века – время дарвинизма, то есть силы человека, который, наконец, поверил в науку, объективность, рациональность. Неслучайно главный герой так много об этом рассуждает у Фаулза. XIX век время открытий, которые наглядно демонстрируются. Например, в Лондоне устраивается бесконечное количество выставок достижений Великобритании, которая гордится своим прогрессом и открытиями. Но XIX век это и время открытий Фрейда. Время, когда человеческого сознание было установлено как расщепленное, неоднозначное. Человек, а особенно женщина, была вновь обнаружена в своем комплексности, сложности, в своих желаниях, и подчас невозможности эти желания и надежды спрятать или пережить. Иррациональность XIX века в искусстве — это своеобразная компенсация рационального подхода в науке.

Любопытно, что в романе американского автора Сэлинджера «Над пропастью во ржи» (1951), главный герой будет ностальгировать по такой вот героине. В послевоенном Нью-Йорке, по которому он будет бродить, он будет тосковать не о девушке вовсе, а о литературной героине, о Юстасии Вай (которая во многом почти что как Анна Каренина или Сара Джона Фаулза). Юстасия Вай – героиня романа классика английской литературы XIX века Томаса Харди, которая от по ходу сюжета от любви бросилась в мутные воды реки. Такая вот женщина и нравится Холдену, герою Сэлинджера. Он будет говорить во всеуслышание, что «скорее бы позвонил Томасу Харди, а не Сомерсету Моэму (другому классику английской литературы»)» – «мне нравится его Юстасия Вай!»

Итак, чувства, а особенно власть и сила героини-женщины, которая может «сочинить», «создать», придумать, сыграть, которая – целиком и полностью, – героиня XIX столетия, настолько прельщает Джона Фаулза, что он создает не просто эпический роман, а роман – сожалению по тому времени, выписав в дивно постмодернистской традиции, такое количество интересных аллюзий на стихотворения, нравы, быт того времени.

Самое интересное, конечно, что читателю бесконечно дорога и интересна Сара. Она воплощение всего подсознательного, желанного, любимого. А как может нравится кто-то другой и как может быть иначе в век обыкновенности, банальности, размытости чувств или их отсутствия?

Есть у Джона Фаулза еще один ранний роман, «Башня из черного дерева» (Ebony Tower), в котором снова тема искусства становится важной и основополагающий. Действие происходит где-то в горах, на взморье. Герой оказывается в гостях у не очень молодого художника-создателя, этакого фавна, который на фоне моря и скал, оказывается окружен роскошными девицами, которые, словно сошли с полотен известных мастеров-классиков. Фаулз пишет таким образом, что читатель не читает повествование, а следит за ним, как будто бы в восхищении смотрит на картины, так продуманно и хорошо выписанные в каждом эпизоде сцены…

Герой влюбляется, но не решается продолжить свои отношения, не хочет и не может изменять своей возлюбленной и жене. Впрочем, его сострадание к девушкам столь сильно, что он даже пытается освободить их от странного мира грез, иллюзий и красоты, который создан великим художником, теперь удаленным от всех на дивный остров, на взморье мечты. Метафора мира искусства, метафора придуманного и красивого мира, который создан воображением.

И вновь все та же проблематика, этического и эстетического. То, что позволена в мире искусства, не может воплотиться в мире человеческих отношений, смешение обоих миров приводит к краху или трагедии. Читать этот роман восхитительно, так как все детали отточены, представляемы и оживлены. Но оказаться там, как всегда бывает у Фаулза, – невозможно и не нужно, но хочется, до боли в сердце.

Есть такой эпизод в одном из романов Джона Фаулза. Главный герой ведет свою возлюбленную на выставку в музей, а потом, в какой-то момент, вдруг понимает, что любит ее совершенно безумно и безудержно. Этакое озарение наподобие тех, что так часто описаны о Джеймса Джойса. Он выбегает на улицу, садится вместе с женщиной в машину, а потом, уже приехав домой, вдруг снова понимает, что совершает ошибку, что это – «не то». «Не то» в том смысле, что он действительно очень любит эту женщину, любит, а не просто чего-то хочет, желает, увлечен. Он принял любовь еще за что-то, что было так настырно навязано привычной рекламой или банальным жизненным сценарием, а следовать ему не стоит …

Джон Фаулз – сильный автор и потрясающий художник. Как всегда, у такого мощного, маститого писателя все акценты расставлены правильно. Все так похоже на мир иллюзий, но, во многом, это так здорово напоминает жизнь. И, конечно, мир интеллектуальной игры становится для этого автора самой главной темой. Здесь он непревзойденный мастер.

Нина Щербак


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика