Вторник, 16.04.2024
Журнал Клаузура

Александр Ралот. «Секретарь посольства». Рассказ

 «Скотина Мальцов и оскотинившийся на ту минуту Веневитинов пристали с ножом к горлу – пей, и я насилу уехал от них, ушибленный весьма больно Веневитиновым».

 Редактор «Московского вестника» М. П. Погодин

***

«Я обязан чудесным спасением своим как необыкновенному счастию, так и тому, что не потерялся среди ужасов, происходивших перед глазами моими. …»

«Вечный жид»[1]

«Ужасное происшествие в Тегеране поразило нас до высочайшей степени… При сём горестном событии Его Величеству отрадна была бы уверенность, что шах персидский и наследник престола чужды гнусному и бесчеловечному умыслу и что сие происшествие должно приписать опрометчивым порывам усердия покойного Грибоедова, не соображавшего поведение своё с грубыми обычаями и понятиями черни тегеранской»

Министр иностранных дел К.В. Нессельроде командующему Кавказским корпусом И.Ф. Пас­кевичу

16 марта 1829 г.[2]

«Персидское правительство говорит, что оно нисколько не участвовало в убиении нашего посланника, что оно даже ничего не знало о намерении муллов и народа; но стоит только побывать в Персии, чтобы убедиться в нелепости сих слов».

Из донесения первого секретаря русской миссии Мальцева[3]

Январь 1829. Персия. Тегеран.

− Немедленно наденьте вот это и следуйте за мной, − серхенг[4] швырнул единственному уцелевшему сотруднику поношенный мундир сарваза[5].

− Но ведь в городе неспокойно и это ещё мягко сказано, − возмутился Мальцев и продолжил, − известно ли вам, достопочтенный, что «я дал одному феррашу[6] целых двести червонцев, и велел немедленно раздать оные благонадёжным людям. После чего собрать их у дверей этого здания и кричать спешащим мимо бунтовщикам, что здесь квартира слуг достопочтенного Назар-Али-Хана![7]

Простой перс закатал меня в ковёр и поставил в угол комнаты вместе с другими, свёрнутыми в трубку. Более трёх часов я ежеминутно ждал смерти, а ваши сарбазы и ферраши спокойно прогуливались среди неистовой черни и грабили находившиеся в нижних комнатах мои вещи.»[8]…

− Хватит слов! − оборвал Ивана Сергеевича шахский чиновник, − вас срочно требуют доставить во дворец. Шах ждать не любит. Не испытывайте его терпение. Кстати чернь ворвалась не только сюда, но и на территорию британской миссии. Убили там нескольких ваших соотечественников, находившихся при лошадях. И более никого. Этими и удовлетворилась, и грабить не стали.

***

Шах вскочил с места и долго тряс руку секретарю миссии приговаривая:

− Если бы я только знал! Мне мои подданные не докладывали, они, конечно же, будут примерно наказаны! Вы обязаны отписать своему высокородному шаху-царю, … я никоим образом…! Но согласитесь, в том, что случилось есть и вина русских, и…

Мальцев, высвобождая руку, кивнул.

Из дворца он вышел кавалером персидского ордена Льва и Солнца. Специальным шахским указом ему предоставлялось эксклюзивное право на беспошлинный ввоз в Персию стеклянных изделий своего завода.

9 Мая 1829 года. Санкт-Петербург.

Высочайшим указом «во внимание к примерному усердию и благоразумию, оказанным во время возмущения в Тегеране», наградить Ивана Сергеевича Мальцева орденом Св. Владимира II степени. 10 ноября 1830 года ещё одним высочайшим указом «во внимание к благоразумию, оказанному как после убийства статского советника Грибоедова во время возмущения в Тегеране, так и при отправлении должности генерального консула, всемилостивейше пожалован, по засвидетельствованию генерал-фельдмаршала графа Паскевича Эриванского, кавалером ордена Св. Анны II степени».[9]

***

«Это молодой человек, который может весьма выделиться, когда с опытом и возрастом несколько созреют его мысли и улягутся его страсти»

Канцлер К. В. Нессельроде в письме к наместнику на Кавказе князю И. Ф. Паскевичу (о Мальцеве)

Два года спустя. Санкт-Петербург. Министерство иностранных дел.

Хозяин кабинета в очередной раз перечитал депешу, поступившую с дипломатической почтой из Тавриза. В ней была изложена настоятельная просьба генерального консула Мальцева освободить его от обязанностей и дозволить возвратиться в столицу, по причине пошатнувшегося здоровья и необходимости безотлагательно заняться делами, связанными со своими владениями: заводами, имениями и землёй.

Взял со стола колокольчик, позвонил и велел вошедшему секретарю пригласить товарища министра[10] Сенявина.

− Допустим я его просьбу удовлетворю, и что тогда? − обратился к нему Нессельроде, после того как вошедший ознакомился с бумагой, − так он же сразу по прибытии вообще попросится в полную отставку, ведь здешнее жалованье для него − сущие копейки.

− А ежели откажите, так тут же наживёте себе целую свору высокопоставленных недоброжелателей. Самому императору начнут шептать, с них станется! − парировал товарищ министра и продолжил, − раз уж надумал уходить со службы, так надобно отпускать. И без его услуг обойдёмся. Тем более, по кабинетам нашим, не первый год, слухи ходят, что знал секретарь о готовящемся бесчинстве, потому и выжил. Всем же ведомо миссия вся погибла, да ещё три десятка казаков головы сложили. Бились до последнего. Окромя Мальцева.

− То дело прошлое. Не мне вам напоминать, что самодержец всероссийский за души погубленные дары щедрые от персов, получил, один знаменитый алмаз «Шах» чего стоит. И у нас теперь с ними «вечное забвение злополучное Тегеранского происшествия». Но по поводу грядущей отставки я, пожалуй, с вашими доводами соглашусь. Пусть возвращается, не сочтите за труд, подготовьте соответствующую бумагу, − министр поднялся с места, давая понять, что разговор закончен.

***

Бывший дипломат в столице не задержался. Отчитавшись, и сдав необходимые документы отправился прямиком в селение, с красивым названием Гусь, где и располагались его заводы. Большая их часть работала в убыток. Виной тому были малые рынки сбыта, огромные расстояния до рынков потребления готовой продукции и отсутствие денежных вливаний.

Вместе с управляющим Иван Сергеевич объехал, принадлежащие ему предприятия и понял, — нужно принимать срочные меры, иначе всё пойдёт прахом. «Самое место пребывания моё весьма непоэтичное: сыпучие пески, дремучие леса и топкие болота. Всё имение – олицетворение запустения и упадка. Дела так плохи, что главная фабрика (Гусевская), при которой находится до шестьсот душ, дала доход с отрицательными показателями, т.е. четырнадцать тысяч убытку»[11].

Без колебаний он закрыл несколько предприятий, но мастеровых не выгнал, а перевёл на лучшее предприятие, сюда же выписал проверенных в делах управленцев. При заводе создал комнату образцов стекольных изделий.

Помятуя о бумаге шаха, в далёкую Персию отправил караваны с кальянами, полоскательными чашками и флаконами для благовоний.

1835 год.

Успешный заводчик попал в свиту Николая первого, отбывающего за границу, в Чехию. Итогом этой поездки стал купленный рецепт изготовления богемского стекла и образцы тамошнего производства. Вскоре гусевский завод начал выпускать изделия не хуже заграничных.

Сорок пять лет спустя.

Только на двух, самых крупных хрустальных заводах Мальцева Гусевском и Уршельском работало более девятьсот человек. Годовой оборот первого из них составлял девятьсот тысяч рублей.

Совсем недавно Российская империя продала Соединённым Штатам Аляску за семь целых две десятых миллиона долларов. А их доллар стоил в те годы, всего-то один рубль тридцать копеек!

***

Ну, а что же бывший секретарь посольства? По причине слабого здоровья Иван Сергеевич последние годы своей бурной жизни на юге Франции, в Ницце, где и скончался в возрасте семидесяти двух лет. Он трижды назначался временно управляющим Министерством иностранных дел. Его даже прочили на пост товарища министра просвещения и сватали в министры финансов. Но звание «некоронованного короля русского хрусталя» оказалось дороже!

Александр Ралот

[1]− по названию популярного романа французского писателя Эжена Сю

[2]− https://lgz.ru/article/-4-6447-29-01-2014/tegeranskaya-tragediya/?ysclid=l9rzyapof097884229

[3]− https://chegevara37.livejournal.com/768414.html?ysclid=l9s06wq6f4977755531

[4]− персидский термин, который в данном случае следует перевести словом «старшина», «старейшина».

[5]− дословно «рискующий головой»; солдат; рядовой шахской армии.

[6]− так называются на Востоке служители в знатных домах, на обязанности которых лежит содержание в порядке и наблюдение за чистотой половых ковров, матов и циновок…

[7]− правитель одной из персидских провинций, сопровождал миссию Грибоедова до Тегерана.

[8]− http://lubovbezusl.ru/publ/istorija/gus/p/60-1-0-4143?ysclid=la1bmsx1q1410528492.

[9] − http://lubovbezusl.ru/publ/istorija/gus/p/60-1-0-4143?ysclid=la1bmsx1q1410528492.

[10] — заместитель, помощник должностного лица, возглавляющего ведомство или его подразделение в Российской империи.

[11]− http://lubovbezusl.ru/publ/istorija/gus/p/60-1-0-4143?ysclid=la1bmsx1q1410528492.

фото автора


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Электронное периодическое издание "Клаузура". Регистрационный номер Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Печатное издание журнал "Клаузура"
Регистрационный номер ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика