Показ фильма «Блокадный дневник» московского режиссера Андрея Зайцева в Киноклубе современного отечественного кино «Родина» в городе Йошкар-Ола (который я веду 4-й год) переносился трижды и наконец пал на 21 марта 2026 года, – когда в России с крыш стал падать лёд, зимние сапоги треснули от соли, но сугробы во дворах и на улицах еще стояли выше головы взрослого человека, и убирать их никто не собирался: рука не поднималась на такой раритет.

Собрать народ на фильм о ленинградской блокаде, даже награжденный кинопремией «Ника», премией Российской киноакадемии «Золотой орёл», а также «Золотым Святым Георгием» Московского Международного кинофестиваля 2020 года, оказалось непросто. Многие из моих друзей откровенно отказались от бесплатного просмотра и кофе, ссылаясь на отрицательные видения ночью, «родительскую субботу» и поездки к родным в деревню (в Марий Эл, до сих пор имеющей только 3 города, это принято), кто-то пел в вечерней службе в церковном хоре канун воскресенья, кто-то повёл мужа в баню. Лучшая подруга за час перед тем, как я зашла за ней, чтобы довезти до места, перестала отвечать на телефонные звонки, а когда я позвонила ей в домофон у подъезда, – затихла и не отозвалась. Так я до сих пор и не знаю: жива ли она…

Но когда в подвальчик культурного пространства «Горизонты» вошли слегка смущенные звезды российского и местного бардовского движения, а вслед за ними учащиеся местной киношколы и многодетные мамы, событие стало набухать «социальной значимостью»…

…Когда-то я увидела послереволюционную фотографию многоэтажного петербургского дома, где в 1970-х годах жила в Ленинграде моя тетя Зоя Котлярова (сестра мамы) на улице Дзержинского (ныне снова Гороховая), — на фото обвешанного сосульками от крыши до тротуара… В доме находился когда-то полицейский участок, или даже Центральное Управление полиции Петербурга (Петрограда), и его взорвали какой-то самодельной бомбой, — и возник зимний пожар, — в результате снег с крыши поплавился и превратился в сталагтиты, а прорыв батарей во всем здании в результате внутреннего взрыва добавил потоков льда из окон, и возник такой колоритный айсберг из льда и камня, с выбитыми стёклами и черными от копоти стенами.

Есть подозрение, что именно это фото послужило основой для создания образа блокадного Ленинграда и Невского проспекта в феврале 1942 года в фильме Андрея Зайцева «Блокадный дневник» (2019-2020, Лауреат «Золотого святого Георгия» ММКФ 2020 г., а также премий «Ника» и «Золотой орёл» 2020 года).

Но, создавая «образ», мы всегда невольно врём, и эти моменты неточности людей неискушенных в искусстве и в кино раздражают – Как и уровень снега на Невском проспекте, который «никто не убирал» в третий месяц блокадной зимы, в феврале 1942 года. Мы-то, после нашей нынешней зимы 2026 года, когда ходили в такое же время по тротуарам в ровень с подоконниками окон первого этажа, в этом не сомневаемся!.. И это тоже повод неискушенному в кино «рядовому зрителю» критиковать и «подвергать сомнению» «правдивость» всей киноистории похода умирающей фактически молодой женщины Оли к своему отцу на другой конец занесённого снегом и обстреливаемого из орудий Ленинграда для того, чтобы проститься с отцом при жизни и попросить прощения за что-то. (Сцена какой-то ссоры в прошлом была в сценарии, но в фильм не вошла, и Бог с нею). Контрдействием ко всем «ледяным» и умертвенным сценам фильма, — который на самом деле решал и таки-решил неподъёмную эстетическую задачу — а именно: показать то, что показывать нельзя, не нанося смотрящему травму, то есть сцены голодной агонии человечества, — контр-действием к всему этому ужасу стали нежные сцены довоенного детства Оли, её любовь к отцу, матери, к мороженщице с сигаретой в зубах и аристократически пышными руками.

Время, точнее, образ времени, — здесь опять-таки далёк от реальности, так, Мороженщица приветствует 8-летнюю Олю жестом «Но паса ран!» (это как минимум, в 1937-м), — а в феврале 1942 года, то есть через 4 года, Оля уже хоронит своего умершего от голода мужа… Но – это же образ… Но это же  – искусство… Но вот что поделаешь и что возразишь?.. – Пойди сам и сделай  – хотя бы так же!!! Слабо?!..

Автору спасибо за ангельское терпение в пресс-конференции с участниками киноклуба современного отечественного кино «Родина» в далёком более чем на 1800 км от Петербурга и в половину этого – от Москвы – городе Йошкар-Оле, в Культурном пространстве «Горизонты», при столь нерегулярном интернете, и особое спасибо за тщательные и откровенные ответы на вопросы «неискушенного рядового зрителя» (в основном молодых женщин) о природе и последствиях блокадного голода…

На самом деле последствия его настолько отдаленные и настолько не изучены… что дети и внуки выживших блокадников, сталкиваясь сегодня вроде бы случайно, вглядываются друг в друга, как в собственное отражение, и обнаруживают одни и те же «болячки», фобии, ностальгии и пищевые пристрастия и притяжения… Это вот что? Это не «образ», не «мистика». А это уже реальность поколения, вступающего в новую войну и осваивающего опыт выживания…

МАРИНА КОПЫЛОВА,

Гильдия киноведов и кинокритиков Союза Кинематографистов России,

ведущий Киноклуба «Родина».

Йошкар-Ола. Март 2026

Коллаж афиши сделан Андреем Копыловым на основе рисунка Сергея Дрейдена (исполнителя роди Отца в фильме «Блокадный дневник»  и при содействии ИИ