Четверг, 16.09.2021
Журнал Клаузура

«Мне Россия сердце подарила». К 85-летию Валентина Сорокина

…С благодарностью читаю присланный мне двухтомник Поэта. Несказанная Радость: «Наш! Мой!» Болючая Горечь: «Что ж так поздно по-настоящему узнала? Зачем скрывалась от меня такая Лирика, Эпика – настоящая, родная Поэзия? А впереди еще и Проза, литературная Критика, Публицистика… Успею ли прочесть, надышаться?»

Хотелось назвать это приветствие-поклон одним словом: «ОНА». Но решила не изменять стилю: привычно в названии – строка героя моих очерков, статей, заметок, эссе.

Но помысел – неслучаен, правомерен. Потому что у большого поэта, нашего современника одна Героиня: ОНА.

* * *

ОНА – Родина: Русь, Россия – «Русь моя, судьба моя и доля»; «Мне Россия сердце подарила, / Я его России отдаю»; «Родина одна у человека, / Мать одна, и солнышко – одно». О, не перечислить великолепных строк, Ей посвященных!..

ОНА – Мать, Мама, родившая восьмерых детей, долг которой, как и любому из живших, живущих сыновей, дочерей – не выплатить. И этого он – «посланник матери и Бога» – не скрывает, как и многого другого: «Век поэта грозное мерило, / Всё, что есть в душе, / Не утаю…» ОНА – Семья: израненный отец, погибшие на фронтах Великой Отечественной братья…

ОНА – Земля родимая, ее веси и города… Южноуральского хутора Ивашла, Челябинска, Саратова. 14-тилетним из дома – в ФЗО, а там и десятилетие в мартеновском цеху на Челябинском металлургическом заводе: «Край мой, чудо заводов и гор!»; «Я отсюда в сражение вышел»…

…Гудели краны
Грузно и рассерженно,
Сбивая пыль железную со стен.
И клокотал покорно
И поверженно
В тумане
Пламенеющий мартен.

Из цеха я спешил
В аудиторию
И, размышляя,
По дороге креп.
Глотал уроки
Алгебры, истории,
Как в те года
Случайный добрый хлеб.

ОНА – «Волга, Волга! Крики пароходов. / Грохот ветра. Стоны камыша. / И к тебе, как чайка, в непогоду / Льнет моя усталая душа»…

ОНА – Москва. В 1963-м «Здравствуй, Москва!» –

…Ты в каждом доме отворяла двери,
Жила, как мать, в моей простой судьбе.
Кто говорит: – Москва слезам не верит? –
Нет, веришь ты, я знаю по себе.

…Покуда ты стоишь – стоит Россия
И правильно вращается Земля!

В 1993-м – «Казненная Москва»:

…Вглядись во тьму, пылают не Стожары,
Не Богом позабытый остров Крит,
На Русь твою надвинулись пожары,
И каждый дом на улице горит.

И за твоей казненною Москвою
Еще кричат и стонут голоса,
То растворяясь в долах синевою,
То поднимаясь пеплом в небеса.

Бредут по снегу нищие селенья,
Чужим царям запроданы в кредит.
Горит душа – и нет ей утоленья,
И свист пурги ее не холодит.

ОНА – извечная Русская СтрадаРабота, в ней – Самоотдача, Самоотверженность, Преданность, Верность, Честность, Справедливость, Смелость. Неутомимая Борьба, понадобится – яростная Битва! Они – и у парнишки-пастушонка близ речушки Япраш – и у главного редактора издательства «Современник», руководителя ВЛК – Высших литературных курсов:

Как я жил, собой не дорожил
Бил по цели с ходу, с разворота.
Сотни песен, что одну, сложил,
Имя ей – жестокая работа!

Да, Поэзии он служит, не лукавя, самозабвенно. А в ней – ОНА – Природа родного края: «огромное русское поле», горы и равнины, степи и дубравы, тайга и луга, озера, реки и моря. В ней – равноценны, равно-значимы и трава-мурава и дубы-великаны, и любимая русская березка; ромашка и ландыш, черемуха и рябина. Они – живут: дышат, говорят, волнуются, тоскуют, плачут! Осенний листопад, ливни, грозы, метель, вьюга, пурга им привычны и несудимы. Но – не ложь, продажность, подлость, предательство!

«Всё зовет: и дожди ветровые, / И кочующих птиц голоса…»; «Правит облако, с думой о лете, / В ночь, где вспыхнет кометовый след. / И в крови моей стоны и ветер, / И черемухи яростный цвет», – и потому, он – Поэт, хотя и «ноша тяжела», молчать не может. И – не будет! Ирония, сатира, сарказм – его освященное любовью оружие!

Особо тепло и радостно оттого, что, вопреки всем «-измам» былого и нынешнего, в Лирике поэта – все та же ОНА: Искренность, Самобытность, Естественность, Доверительность – великие Доброта и Красота, Правда!

«Человек талантливый – простой, / Человек бездарный – часто важен». А – «Доброта роднится с добротою…» Да, «…трудно с правдой, / Но наша правда тем и хороша: / Ведь перед ней награда и преграда / Порой не стоит стертого гроша».

И – главнейшее в творчестве поэта: Любовь!

* * *

…Простите, но не буду о так называемой «любовной лирике», то бишь, – «интимной». Не случайно ведь заимствованное от латинян слово обозначает: intimus «нижний; самый внутренний; задушевный». Впрочем, разве всё перечисленное о Героинях стихов поэта – не о «внутреннем, задушевном»? Случайно ли во многих стихах к любимой женщине вдруг обнаруживаешь: они ведь – к Родине?!.

Но замечу, что и в «чисто любовных» – такая Нежность, Ласковость, Страстность, даже – Чувственность, но – Чистота! Приведу полностью хотя бы два «послания», пожалев: не я – адресат…

* * *

Я люблю тебя нежно, как любит моряк океан.
Я люблю тебя вольно, как сокол вершинный просторы.
Но упала заря моя в злой и нетрезвый туман.
Путь-дорогу к тебе преградили тяжелые горы.

Будто я занемог и состарился в древних веках.
Будто я безвозвратно с утратой смирился и знаю:
Не взлететь на моих тебе
сильных и верных руках,
Большеглазая птица, родная колдунья лесная.

Ветер быта, заржавленный ветер огромной земли,
Наш неистовый край непомерной засыпал заботой.
Сквозь него мы
пробиться друг к другу
с тобой не смогли
За нерадостной думой, за длинной и трудной работой.

Ты дороже ещё и для памяти горше моей.
Ты устала, ты молодость быстро свою отпустила.
Где теперь она бродит по каменной лестнице дней?
Я прощаю тебя, но она тебя – нет, не простила.

Я люблю тебя нежно, я имя твоё назову
Перед самою смертью
и тихо замолкну,
покорный.
Полыхающий месяц забытым костром в синеву
Выплывает опять из долины холодной и чёрной.

Возвращение к тебе

Мой дом накреняется, бурей внезапной объятый,
Одни я в просторе, бессонницей гиблой распятый.

Один я и полночь, да ты, за морями, лесами,
Всё смотришь мне в сердце, как мама, большими глазами.

Такими большими, что нет им, иконным, границы,
Я слышу ладони, слова твои слышу, ресницы.

И я обнимаю, целую, ликую, сгорая,
И кланяюсь Богу, спасибо ему и без рая.

Я буду молиться за молодость, даже за старость,
Лишь только б одна ты, одна ты со мною осталась.

И жизнь возвращается медленным храмовым светом,
Но лучше –
не знать бы,
но лучше – не знать бы об этом!..

* * *

Судьба поэта… РУССКОГО поэта! О, как она порою тяжела! Поистине – горькая Чаша!

«Россия! Родина поэтов! / Пути судьбы моей темны, / Глаза, как дула пистолетов, / И на меня наведены». Но! –

Говорю, и теперь безоружен,
Хоть стреляй меня, вешай и бей:
«Наши геббельсы вражьих не хуже,
Наши геринги тех не слабей!»

А уж когда воцарились «новодьяволы России», «нанятые мерзавцы», «обыкновенный рыночный навоз» во главе с «похмельной мальтийской свиньей», которые «Мать свою казнили – и гордятся», «Нас предали, нас бросили на милость / Чужому трону и чужой молве», – Поэт молчать не в силах:

…Скорбит земля деревнями пустыми
И долларовым давится дождём…
Но мы придём пророками седыми
И витязями жданными придём.

Мы воины отрядов неподвластных,
Мы лжецарям обиды не простим:
И отомстим за матерей несчастных,
И за невест пленённых отомстим!

«Беда великая», мука, тревога, тоска рождают несусветную Боль и – Ненависть! Да, – священные! Его лютые враги – демагогия, ложь, зависть, трусость, пошлость, грязь – сатанинская Подлость! И он со всею силою Любви обрушивает на них свое слово Правды, Надежды, Веры: «Будет суд, грядет возмездье Бога!»

Но, верный народу, который учит: «На Бога надейся, да сам не плошай», предупреждает:

…Я иду в распахнутой рубашке,
Мы идём!
И убирайтесь прочь!
Волгари, уральцы, сахалинцы,
Мы идём, и не отступим впредь,
Русские, мы ныне – палестинцы:
Родина за нами!
Или – смерть.

Необходимы Воля, Сила, Удаль? Найдем! И – Память о героях наших, творцах, как Бог, – в помощь! Поэт в своих стихах, поэмах нам о них напоминает. С нами – Дмитрий Донской, Сергий Радонежский, Боброк-Волынец, Пересвет, Челубей. С нами – Евпатий Коловрат и Бессмертный маршал – Георгий Жуков. И… Сталин – с нами!

С нами – братья, отцы, деды и прадеды, сестры и матери, сложившие головы на полях Гражданской и Великой Отечественной войн, на стройках лучшего будущего, в которое они свято верили!

С нами рано ушедшие Русские поэты, расстрелянные и замученные – о них, многих, увы, – у нашего поэта.

С нами сама ИСТОРИЯ Великой Страны! И поэт пишет:

Я кланяюсь СССР

Покоя нет, да и защиты нет,
И утешеньем скоро не согреться.
Ты простучало столько тяжких лет
И всё стучишь, не отдыхая, сердце.

Мы пережили не одну войну
И не одну беду искоренили,
А не спасли великую страну –
Её во мгле Кремля похоронили…

Мать умерла, седей самой пурги,
Мать умерла – и жутко на планете:
Её травили умные враги,
Мать умерла, и мы в раздоре, дети.

Я слышу этот вековечный яд,
Я вижу, вижу, в храмах со свечами
Одутловато палачи стоят
И водят цэрэушными плечами

Мать умерла!..
Тоскую
И скорблю,
Сыновней виноватостью томимый,
Её черты иконные ловлю
В простых движеньях женщины любимой.

Мы, бывшие герои стратосфер,
Свой путь не можем объявить напрасным
Я кланяюсь тебе, СССР,
Я присягал твоим знамёнам красным!

Наш суд над погребением не снят,
Изменники не знают укорота,
И если не они себя казнят –
Христос казнит – предателей народа.

Когда мерцают грустно и горят
Немые звёзды в колоколе ночи,
Мне кажется, со мною говорят
Моей страны доверчивые очи.

Пусть укрепит сердца нам вещий риск
И ратное незыблемое поле,
Где каждый крест
и каждый обелиск
Звенит во имя Родины и воли!

Да, родная земля «за всё, за всё» благословит! –

* * *

А я в страстях и думах отрезвился
И, от рожденья сельского не лжив,
Взглянул вокруг и резко удивился
Тому, что я не выброшен и жив.

Река судьбы моей не обмелела,
Она полынным горем глубока,
Над ней светло когда-то детство пело
И к солнышку летели облака.

Черёмуховой роздалью метельной
Она дышала в майские края.
Склонялась мать над нею
с колыбельной,
Вся золотисто-лунная, моя.

И шар земной крутился по орбитам.
В окно крылами трепетала ночь.
И никаким, закрытым иль открытым,
Врагам
дорог моих не превозмочь.

В часы тоски я понимаю снова,
Те вороны, которые костят
И стать мою, и поднятое слово,
Лишь ошибусь – позором отомстят.

Но будет миг высокий на рассвете,
Среди могил у прадедовых плит
За всё, за всё,
о чём расскажет ветер,
Моя земля меня благословит.

* * *

Мне сегодня особенно близки слова Поэта: «Русь едина, Россия одна. / И славянское горе едино», его стихи:

Славяне

Наши ссоры – сердцу перегрузка,
Потому и вновь горюнюсь я,
Украинка ты и белоруска,
Русская красавица моя.

Перелески, реки и просторы
Так похожи, словно это мы,
Наши ссоры – ложь и приговоры
Опытных заказчиков из тьмы.

Наши дети, может, украинцы,
Может, белорусы,
вновь и вновь
Говорю: мы ныне – палестинцы,
Требуется зверю наша кровь.

Золото он ищет и алмазы,
На Днепре, на Волге держит власть.
Ты зачем такой широкоглазой
И такой славянской родилась?

Мы, славяне, потеряли право
Быть собой, а Ироду везёт:
Каждый день смертельная отрава
В души наши с губ его ползёт.

Нам вражда, а хищникам закуска,
Но горжусь и окрыляюсь я,
Украинка ты и белоруска,
Русь моя,
красавица моя!

* * *

Надеюсь и верю: придет время, когда стихи и поэмы, проза и критика, публицистика ВАЛЕНТИНА СОРОКИНА будут в программах Русских школ и дети, рождение которых так благословляет поэт, запомнят и согласятся с его напутствием:

* * *

Всё одолеешь, море и пустыню,
Леса возьмёшь и горы на пути.
Но если вдруг душа твоя остынет, –
Её снегов уже не перейти.

Так широки и так они ледяны,
Куда ни глянь –
стальные берега!
Я позабыл весёлые поляны,
Родные соловьиные луга.

Простор кровавым месяцем расколот,
Как топором.
И в бездне темноты
Сосёт мне разум непреклонный голод
Тоски – потрогать тёплые цветы.

Склониться бы к родительским могилам.
Послушать деревенскую гармонь.
И душу тронуть пескариным илом.
Взять за крыло вечеровой огонь.

Мы забываем, восходя на кручи,
Вбегая в корабли и в поезда,
Зовёт нас то,
что человека мучит, –
Свет памяти и совести звезда.

Они горят в сознанье обоюдно,
Под каждой доброй крышею в чести.
Зовёт нас то,
что потерять нетрудно,
Но невозможно снова обрести!

* * *

Дорогой Валентин Васильевич!

Примите и мое скромное – разве скажешь обо всем? – Поздравление с серьезным Юбилеем – 85-летием! Мои искренние пожелания еще долгих-долгих лет во здравии, силе и мужестве! Служении Добру и Правде, нашей Родине и Литературе!

Свет Истины и слово Доброты
Нести наперекор врагам Отчизны!
Пусть: «Жизнь – тропа…
И – смятые цветы!..»
Да сбудутся мечты
при нашей жизни!

Храни Вас Бог!

Людмила Владимирова

24-25 июля 2021, Одесса.


1 комментарий

  1. Инга

    Искренне присоединяюсь к поздравлению Валентина Васильевича Сорокина с 85-летним юбилеем и желаю здоровья и творческого долголетия!
    Большое спасибо Людмиле Владимировой за статью и публикацию замечательных стихов юбиляра.

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика