Вторник, 23.04.2024
Журнал Клаузура

Иван Сергеевич Тургенев — русский писатель, прозаик, поэт, драматург, критик, переводчик, мемуарист (1818-1883)

Светлой памяти Ивана Сергеевича Тургенева

посвящается

Происхождение. Детство. Юность. Образование

I

Семья Ивана Сергеевича Тургенева происходила из древнего татарского рода Тульских дворян Тургеневых. В памятной книжке мать будущего писателя записала:

«1818 г. 28 октября; в понедельник, родился сын Иван, ростом 12 вершков, в Орле, в своем доме, в 12 часов утра. Крестили 4-го числа ноября Федор Семенович Уваров с сестрою Федосьей Николаевной Тепловой»

Дед писателя Николай Алексеевич Тургенев (1749-1833) служил в артиллерии; в 1780 году в чине прапорщика гвардии решил уйти со службы и заняться каким-нибудь полезным делом.

Сказано – сделано: в Вязовне Чернского уезда он построил Храм, ставший центром усадьбы Тургенево, где привольно было и детям, и внукам. Но без дела Николай Алексеевич не мыслил жизни: два трёхлетия он состоял уездным предводителем дворянства Чернского уезда, лучшего в Орловской губернии. А после упокоения его, усадьба, как и дело его, согласно завещанию, отошла к старшему сыну Сергею, отцу будущего писателя.

Сергей Николаевич Тургенев (1793-1834) в то время служил в кавалергардском полку. Но красавец-кавалергард не оправдал надежд отца: он «похоронил» и его дело, а главное – вчистую расстроил финансы, ибо денег Сергей никогда не жалел и пускал, как говорится, их на ветер – на карты, на женщин, на всяческие проказы и прочие вольности. Когда выяснилось, что в кармане «финансы поют романсы», Тургенев решил поправить свое положение, что и сделал, женившись в 1816 году на состоятельной помещице Варваре Петровне Лутовиновой (1787-1850). В то время офицеру было 23 года, а его невесте – 29 лет.

Богатую девушку никто не брал в жены из-за дурного её характера и весьма непривлекательной внешности. Однако это мало интересовало Сергея Николаевича, главное, у нареченной были деньги, даже очень много, и это искупало все.

В 1821 году Сергей Николаевич вышел в отставку в звании полковника кирасирского полка. Однако этот брак по расчету, как выяснилось, не был счастливым: никакой душевной близости и привязанности между супругами не возникло, каждый жил, что называется, сам по себе. В 1834 году Тургенев скончался, но за год до этого он покинул семью, оставив троих сыновей на попечение нелюбимой и чуждой ему по духу жены: Николая, Ивана и Сергея, который впоследствии в 15 лет умер от эпилепсии.

…Варвара Петровна была властной и деспотичной, никому и никогда не прощающей женщиной. Все это она унаследовала от своей матери, и тому есть причины.

Суровое обращение с детьми было нормой того времени. Но сложное и суровое детство Варвары не прошло даром: отношение матери к дочери граничило с настоящим садизмом. Отец девочки умер рано, призвать к порядку вздорную, деспотичную особу было некому, но вполне возможно, что психика матери Варвары нуждалась в серьезном лечении.

Лишившись родного отца, девочка страдала не только от жестокого отношения своей матери, но и от буйного, пьющего отчима, который унижал и бил падчерицу. В результате, из-за постоянных побоев и унижений Варвара сбежала из дома к своему родному дяде, очень доброму и отзывчивому человеку, после смерти которого она, согласно его завещанию, стала владелицей великолепного имения в 5000 душ.

Однако, как ни странно, крепостнические привычки Варвары Петровны уживались с её начитанностью и образованностью, а заботу о воспитании детей она сочетала с семейным деспотизмом. За каждую провинность мальчиков ждал суровый разбор проступков, вплоть до жесткой порки розгами. Подвергался побоям и самый любимый сын – Иван, который впоследствии, став писателем, использовал эти «уроки» в своих рассказах и повестях.

В семье Варвары Петровны все, по её требованию, говорили по-французски, даже молитвы в доме произносили на этом языке. Она много путешествовала и была просвещенной женщиной, много читала, преимущественно на французском языке.

Однако родной язык и литература были ей тоже не чужды: она обладала прекрасной образной русской речью, а Сергей Николаевич требовал, чтобы во время его длительных отлучек сыновья писали ему письма исключительно на родном языке.

В фамильном имении Варвары Петровны была собрана большая библиотека, основная часть которой состояла из французских книг. Она много времени проводила за чтением, и потому настойчиво прививала детям любовь к литературе. Однако Варвара Петровна внимательно следила и за новинками русских писателей. Особенно она благоволила А.С. Пушкину, Н.В. Гоголю, М.Ю. Лермонтову и Н.М. Карамзину, которых, досконально зная их творчество, впоследствии в письмах сыну охотно цитировала.

II

Начальное образование Варвара Петровна предпочитала дать сыновьям не в казенных заведениях, где они могут нахвататься всяких дурных привычек, а дома, для чего приглашала гувернеров из Франции и Германии. Это было весьма дорогое удовольствие, но она полагала, что экономить на данной статье расходов непозволительно.

Гувернеры учили детей грамоте, но из-за скверного характера хозяйки дома, они частенько менялись, что скверно отражалось на результатах преподавания.

За маленьким Ваней присматривал крепостной камердинер Федор Лобанов, который сам очень любил читать. Именно этот человек привил мальчику любовь к русской литературе. Память о нем впоследствии Тургенев увековечил в рассказе «Пунин и Бабурин», сделав его прототипом героя своего произведения.

В детстве, когда мальчики были еще малы (Николаю – 6 лет, Ивану – 4 и Сергею – 2 года), семья в 1822 году отправилась в путешествие по Европе, во время которого будущий писатель едва не погиб в Берне, сорвавшись с перил в ров с медведями. Его спас отец, поймав малыша в последний момент за ножку. Это было очень сильное потрясение, и поэтому до 1827 года Тургеневы не покидали Спасское-Лутовиново, что в 10 км от Мценска Орловской губернии.

Но дети росли, и чтобы дать им приличное образование, семья переселились в Москву, где они приобрели дом на Самотеке. Впоследствии этот дом был продан, и Варвара Петровна перебралась на Остоженку. Одноэтажный дом с шестью колоннами и фронтоном, с антресолями со стороны двора, находится и сейчас недалеко от Крымской площади. Позади его был сад. На установленной в 1969 году мемориальной доске – надпись:

«В этом доме в 1840-1850 году жил Иван Сергеевич Тургенев»

Родители определили Ивана в пансион, владельцем которого был Вейденгаммер, но там подросток пробыл недолго, поскольку Варваре Петровне не понравилась весьма привольная его обстановка. Она определила сына в пансион директора Лазаревского института И. Ф. Краузе. Там он прошел курс среднего образования, а затем в возрасте 15 лет поступил учиться в Московский университет на факультет словесности. Там, кстати, обучались в то время Виссарион Белинский и Александр Герцен, в которыми впоследствии у Ивана сложились весьма дружеские и теплые отношения.

Год спустя, когда старший брат Николай поступил служить в Гвардейскую артиллерию, семья была вынуждена переселиться в Петербург, где Иван Тургенев перешел на историко-филологический факультет Императорского Санкт-Петербургского университета, где он подружился с Тимофеем Николаевичем Грановским (первый русский историк-медиевист, заложивший основы научной разработки западноевропейского средневековья и научной историографии в России – ред.).

III

В университете у Ивана появились друзья, с которыми нашлись общие темы и увлечения. В частности, на третьем курсе он неожиданно увлекся поэзией и в 1834 году написал поэму «Стено», которую отдал, надеясь на одобрение, своему преподавателю, профессору российской словесности Петру Александровичу Плетневу (критик, поэт, журналист, друг А.С. Пушкина – ред.). Во время одной из лекций профессор довольно подробно и строго разобрал поэму, не называя имени автора, и в заключение признал, что в ней «что-то есть».

Эта поддержка вдохновила юного поэта, и он написал несколько стихотворений, отправив их в «Современник», два из которых Плетнев, будучи редактором журнала, в 1838 году опубликовал: «Вечер» и «К Венере Мидицейской», за подписью «…въ»:

В отлогих берегах реки дремали волны;

Прощальный блеск зари на небе догорал;

Сквозь дымчатый туман вдали скользили челны

И грустных дум, и странных мыслей полный,

На берегу безмолвный я стоял.

……….

Все тихо: звука нет! Всё тихо: нет движенья!

Везде глубокий сон – на небе, на земле;

Лишь по реке порой минутное волненье:

То ветра вздох, листа неслышное паденье;

Везде покой – но не в моей душе.

………

В моей душе тревожное волненье:

Напрасно вопрошал природу взором я,

Она молчит в глубоком усыпленье –

И грустно стало мне, что ни одно творенье

Не в силах знать о тайнах бытия.

(цитата из стихотворения «Вечер»).

Но самая первая публикация Тургенева появилась ещё в 1836 году в журнале Министерства народного просвещения, – рецензия «О путешествии по святым местам» А.Н. Муравьева. А к 1837 году Иван написал уже несколько стихотворений и поэм («Штиль и море», «Сон», «Фантасмагория в лунную ночь» и другие).

Санкт-Петербургский университет Иван Тургенев окончил в 1836 году со степенью действительного студента (по новому университетскому уставу, курс, который он посещал, назывался – Первое отделение философского факультета). Но Тургенев мечтал о научной деятельности, и в следующем году он выдержал выпускной экзамен, получив степень кандидата.

Однако это образование не вполне устраивало Ивана, поэтому в 1838 году он отправился в Германию, где, как он говорил, «всерьёз взялся за учебу». В Берлинском университете Тургенев посещал лекции по истории римской и греческой литературы, а дома занимался грамматикой древнегреческого и латинского языков. Знание древних языков позволило ему впоследствии свободно читать античных классиков.

Во время учебы Иван подружился с русским литератором, поэтом, мыслителем и публицистом Николаем Владимировичем Станкевичем, который стал его «попечителем». Читая и обсуждая все, что выходило из-под пера юноши, он тем самым оказывал весьма заметное влияние.

Следует подчеркнуть, что Тургенев любил учиться, в частности, посещая лекции гегельянцев, он всерьез заинтересовался немецким идеализмом с его учением о мировом развитии, об «абсолютном духе» и о высоком призвании философа и поэта.

Весь уклад западноевропейской жизни произвел на Тургенева весьма сильное впечатление, и молодой студент пришел к выводу, что только усвоение основных начал общечеловеческой культуры может вывести Россию из того мрака, в который она погружена.

Но на этом образование Ивана Сергеевича не закончилось. В начале 1842 года он подал в Московский университет просьбу о допуске к экзамену на степень магистра философии, однако в то время штатного профессора философии в университете не оказалось, и просьбу его отклонили.

Тургенев, привыкший все намеченное доводить до конца, отправился в Санкт-Петербург, где в местном университете выдержал экзамен на степень магистра по греческой и латинской филологии на латинском языке; там же написал диссертацию для словесного факультета. Но… к этому времени тяга его к научной деятельности несколько остыла, и все более стало привлекать литературное творчество. И Тургенев, отказавшись от защиты диссертации, отправился в Министерство внутренних дел, где служил до 1844 года в чине коллежского секретаря.

Начало творческой деятельности

В 1830-1850-х годах сформировался у Тургенева весьма обширный круг литературных знакомств. Ещё в 1837 году произошли мимолетные встречи с А.С. Пушкиным, тогда же он познакомился с Жуковским, Кольцовым, Никитенко, а чуть позже и с Лермонтовым, с которым, к сожалению, было всего несколько встреч.

Тесного и задушевного знакомства не случилось, но творчество Михаила Юрьевича оказало на Тургенева огромное влияние. Он постарался усвоить его строфу, а также стилистику и синтаксические особенности его поэзии. Так, стихотворение «Старый помещик» (1841) местами по форме очень близко напоминает «Завещание» Лермонтова, а в «Балладе» (1841) чувствуется воздействие «Песни про купца Калашникова». Но наиболее ощутима связь с творчеством классика в стихотворении «Исповедь» (1845), обличительный пафос которого сближает Тургенева со стихотворением Лермонтова «Дума».

В 1843 году Иван Сергеевич написал поэму «Параша», не слишком надеясь на положительный отзыв, он решился отнести экземпляр В.Г. Белинскому. К его удивлению, Виссарион Григорьевич дал высокую оценку поэме, а через 2 месяца опубликовал свой отзыв в «Отечественных записках». С этого времени началось их близкое знакомство, которое в дальнейшем переросло в крепкую дружбу. В частности, Тургенев был крестным отцом сына Белинского – Владимира. А поэма в том же году вышла отдельной книгой под инициалами «Т.Л.» (Тургенев-Лутовинов).

В ноябре 1843 года Тургенев написал стихотворение «В дороге» (другое название «Утро туманное»), положенное впоследствии разными композиторами на музыку и ставшее романсом, обогатившее репертуар певцов. Предположительно стихотворение было посвящено французской певице Полине Виардо, с которой встречался в то время поэт.

В следующем году родилась поэма «Поп», которую сам писатель характеризовал как «забаву», лишенную каких-либо «глубоких и значительных идей». Однако эта «забава», к удивлению Тургенева, привлекла общественный интерес своей антиклерикальной направленностью. К сожалению, поэма была значительно урезана русской цензурой, зато очень активно публиковалась в подлиннике на Западе.

Устав рифмовать стихи и получать за них «подзатыльники», Иван Сергеевич благодаря преданной дружбе с Белинским и Некрасовым решил переключиться на прозу. Друзья настойчиво посоветовали ему распрощаться с романтизмом и обратиться к реалистической технике писания. В результате в 1846 году появились две повести: «Бретёр», где Тургенев попытался представить борьбу между влиянием Лермонтова и стремлением дискутировать позёрство; сюжет для второй «Три портрета» был почерпнут из семейной хроники Лутовиновых.

Расцвет творчества

I

Не желая быть более «просителем», когда публикации выходивших из-под его пера произведений подвергались острой критике, а зачастую и придиркам цензуры, Тургенев решил участвовать в преобразовании «Современника», куда его давно звали Н.А. Некрасов и П.В. Анненков.

Команда редколлегии, к обоюдному согласию, сформировалась очень быстро, и в 1847 году, в первом же номере журнала вышел его рассказ «Хорь и Калиныч», открывший многочисленные переиздания будущей знаменитой книги. Подзаголовок «Из записок охотника» прибавил к ней Иван Иванович Панаев (русский писатель, литературный критик, журналист и публицист – ред.), чтобы привлечь внимание читателей. Успех рассказа оказался огромным, и это подвигло Ивана Сергеевича написать ряд других подобных произведений.

По словам писателя, «Записки охотника» были выполнением его Аннибаловой клятвы – бороться до конца с врагом, которого он возненавидел с детства: «Враг этот имел определенный образ и носил известное имя – «Крепостное право».

Для осуществления своего намерения Тургенев решил уехать из России: «Я не мог, – писал он, – дышать одним воздухом, оставаться с тем, что я возненавидел. Мне необходимо было удалиться от моего врага затем, чтобы из самой моей дали сильнее напасть на него».

В 1847 году вместе с Виссарионом Григорьевичем Белинским писатель уехал за границу, а в следующем году, живя в Париже, стал свидетелем беспрецедентных революционных событий – убийства заложников, множества смертельных атак, строительства и падения баррикад Французской революции. Все это вызвало в нем глубокое отвращение к революции вообще, где бы она и когда ни происходила.

II

Конец 1840-х и начало 1850-х стали наиболее интенсивной деятельностью Тургенева в области драматургии, а также его глубоких размышлений над вопросами истории и теории драмы.

Перу Тургенева принадлежат такие пьесы, как «Где тонко, там и рвется», «Нахлебник», «Завтрак у предводителя», «Холостяк», «Провинциалка» и «Месяц в деревне».

Все они пользовались у публики огромной популярностью благодаря прекрасным постановкам на сцене русских театров. Особенно был дорог писателю успех «Холостяка», где главного героя блестяще играл любимый актер Тургенева – Е.А. Мартынов, сыгравший в четырех его пьесах.

Свои взгляды на положение русского театра и задачи драматургии Тургенев сформулировал еще в 1846 году. Он считал, что кризис театрального репертуара, наблюдавшийся в России, может быть преодолен усилиями писателей, приверженных к стилистике драматургии Николая Гоголя, к последователям которого Иван Сергеевич причислял и себя.

Для освоения литературных приемов западной драматургии Тургенев работал над переводами Байрона и Шекспира. При этом он не пытался их копировать, он лишь интерпретировал образы этих классиков.

«Тень Шекспира, – писал Тургенев, – тяготеет над всеми драматическими писателями. Они не могут отделаться от воспоминаний; слишком много эти несчастные читали, и слишком мало жили»

III

В Россию Иван Сергеевич вернулся в 1850 году, однако с матерью, умершей в том же году, он, к большому сожалению, так и не увиделся. Вместе с братом Николаем они разделили солидное наследство Варвары Петровны, а Тургенев, по возможности, постарался облегчить тяготы доставшихся ему крестьян.

В 1850-1852 годах писатель жил то в России, то за границей, посетив кроме Франции – Австрию, Англию, Германию, Грецию, а также Италию, где познакомился с Николаем Васильевичем Гоголем, жившим там в то время.

Но последняя встреча с ним произошла в квартире А.К. Толстого, где собирались обычно актеры и литераторы, а Гоголь читал «Ревизора». Позднее Тургенев вспоминал:

«Читал Гоголь превосходно, я слушал его тогда в первый и последний раз. Гоголь поразил меня чрезвычайной простотой и сдержанностью манеры, какой-то важной и в то же время наивной искренностью, которой словно и дела нет – есть ли тут слушатели и что они думают. Казалось, Гоголь только и заботился о том, как бы вникнуть в предмет, для него самого новый, и как бы вернее передать собственное впечатление»

Более они не виделись. Гоголь, впав в полную апатию, отказываясь от помощи врачей, в ночь с 11 на 12 февраля 1852 года сжег второй том «Мертвых душ», а 21 февраля в 8 часов утра Николай Васильевич скончался.

Узнав это печальное известие, Тургенев тут же написал некролог:

«Гоголь умер!.. Какую русскую душу не потрясут эти два слова!.. Потеря наша так жестока, так внезапна, что нам все еще не хочется верить… Да, он умер, этот человек, которого мы теперь имеем право, горькое право, данное нам смертью, назвать великим; человек, который своим именем означил эпоху в истории нашей литературы; человек, которым мы гордимся, как одной из слав наших!.. Мысль, что прах его будет покоиться в Москве, наполняет нас каким-то горестным удовлетворением. Да, пусть покоится там, в этом сердце России, которую он так глубоко знал и так любил…»

Но этот некролог Петербургская цензура не пропустила, посчитав его прямой угрозой государству! Причиной её недовольства стало то, что, как выразился председатель Петербургского цензурного комитета М.Н. Мусин-Пушкин, «о таком писателе преступно отзываться столь восторженно».

Тогда Иван Сергеевич отправил статью в Москву Василию Боткину («западник», очеркист, литературный критик, переводчик – ред), который напечатал её в «Московских ведомостях». Власть усмотрела в тексте бунт, и автора выдворили на съезжую, где он провел месяц. А 18 мая 1852 года Тургенева, по указанию Николая I, выслали под домашний арест в его родную деревню, и запретили покидать Спасское-Лутовиново на протяжении трех лет!.. И только благодаря хлопотам графа А.К. Толстого, через 2 года писатель получил право жить в российских столицах.

Бытует мнение, что истинной причиной ссылки был не столько некролог Гоголю, а чрезмерный радикализм взглядов Тургенева, который проявился в симпатиях к Белинскому, подозрительных частых поездках за границу, в сочувственных рассказах о крепостных крестьянах и в хвалебном отзыве эмигранта Александра Ивановича Герцена о Тургеневе.

Кроме того, необходимо учитывать и предупреждение В.П. Боткина, чтобы Тургенев был осторожен в своих письмах, ибо все, что выходит из-под его пера, тщательно исследуется цензурой; поэтому он убедительно просил Ивана Сергеевича быть осмотрительнее (указанное письмо Тургенева от 10 марта полностью неизвестно, но его выдержка – по копии в деле III Отделения – содержит резкий отзыв о М.Н. Мусине-Пушкине).

Восторженный тон статьи о Гоголе лишь переполнил чашу жандармского терпения, став поводом для наказания, смысл которого обдумывался властями заранее.

Тургенев опасался, что его арест и ссылка станут помехой выходу в свет первого издания «Записок охотника», но его опасения, к счастью, не оправдались – в августе 1852 года книга прошла цензуру и вышла в свет. Но цензор В.В. Львов, который пропустил в печать «Записки охотника», был по личному распоряжению Николая I, уволен со службы с лишением пенсии, а «Высочайшее прощение» последовало лишь 6 декабря 1853 года. Российская цензура, между тем, наложила запрет на повторное издание «Записок», объясняя этот факт тем, что Тургенев, с одной стороны, «опоэтизировал крепостных крестьян, а с другой стороны, изобразил, что крестьяне эти находятся в угнетении, что помещики ведут себя неприлично и противозаконно».

Во время ссылки Иван Сергеевич ездил на охоту, которую он безмерно любил; играл в шахматы, что тоже было его страстным увлечением; читал книги, писал рассказы и повести, а также слушал бетховенского «Кориолана» в исполнении А.П. Тютчевой, проживающей в ту пору с сестрой в Спасском, и время от времени подвергался наездам станового пристава…

Общественная деятельность. Проблемы, конфликты, разочарования

I

После того, как закончилась ссылка и отменен запрет на выезд, Иван Сергеевич уехал в Германию, где была написана большая часть «Записок охотника», в том числе, и рассказ «Муму», ставший хрестоматийным и весьма востребованным читателями.

Эта фундаментальная работа была выпущена в Париже отдельным изданием, хотя в начале Крымской войны данная публикация носила характер антирусской пропаганды, и Тургенев был вынужден публично выразить свой протест против этого французского перевода.

После смерти в 1855 году Николая I, прозванного «жандармом Европы», одно за другим были опубликованы четыре наиболее значительных произведений Тургенева: «Рудин» (1856), «Дворянское гнездо» (1859), «Накануне» (1860), «Отцы и дети» (1862).

Первые два появились в «Современнике» Н. А. Некрасова, два других –  в «Русском Вестнике» Михаила Никифоровича Каткова (публицист, издатель, критик, влиятельный сторонник консервативных взглядов – ред.). По традиции, после выхода «новинок» существовала традиция – отмечать подобные события дружеским застольем. Так было и в этот раз: сотрудники этих издательств Некрасов, Панаев, Лонгинов, Григорович и Гаевский собрались в кружке «чернокнижников», организованном Александром Васильевичем Дружининым (писатель, литературный критик, переводчик Байрона и Шекспира – ред.), юмористические импровизации которых порой выходили за рамки цензуры, и по этой причине издавать их приходилось за границей.

Позднее Иван Сергеевич принял деятельное участие в «Обществе для пособия нуждающимся литераторам и ученым» (ныне – «Литературный фонд» — ред.), основанного по инициативе того же Дружинина. Но ожидаемого успеха изданию его произведений, на который надеялся Тургенев, не случилось, что весьма расстроило писателя.

Но были и приятные моменты: осенью 1855 года круг друзей Ивана Сергеевича пополнился, – он познакомился со Львом Николаевичем Толстым, которому с почтением подарил свои труды. Судя по всему, они понравились друг другу, ибо в сентябре того же года в «Современнике» был опубликован рассказ Толстого «Рубка леса» с посвящением И.С Тургеневу.

II

Наступили шестидесятые годы, с которыми были связаны надежды на значительные перемены в Российской империи. На троне восседал новый император Александр II, настроенный очень решительно – сделать Россию на зависть старой Европе – великим, прогрессивным государством!..

Иван Сергеевич принял горячее участие в обсуждении «Крестьянской реформы», которая давно назрела для облегчения доли народа. С первых месяцев издания газеты «Колокол» Александра Ивановича Герцена, которая выходила за границей, Тургенев был ее деятельным сотрудником: помогал в сборе различных тем и материалов, готовил их к печати; кроме того, он сыграл очень важную роль в установлении полезных и плодотворных творческих связей между Герценом и теми корреспондентами из России, которые не желали, опасаясь придирок полиции, напрямую сотрудничать с «опальным» эмигрантом.

Кроме того, Тургенев направлял Герцену подробные обзорные письма, информация из которых без подписи авторов также публиковались в «Колоколе». Но при этом всякий раз Иван Сергеевич протестовал против резкого тона материалов Герцена, в частности, излишней критики правительственных решений.

«Не брани, пожалуйста, Александра Николаевича,писал он Герцену, – а то его и без того жестко бранят в Петербурге все реакционеры. За что же его эдак с двух сторон тузить, – этак он, пожалуй, и дух испустит»

В 1860 году в «Современнике» вышла статья Н.А. Добролюбова «Когда же придет настоящий день?», где критик весьма лестно отозвался о новом романе Тургенева «Накануне» и, в целом, о творчестве Ивана Сергеевича. Однако мнение критика не устроили автора романа, поскольку Николай Александрович замысел его произведения тесно увязал с событиями приближающегося революционного преобразования России, с чем либерал Тургенев категорически примириться не мог.

Добролюбов писал: «Тогда и в литературе явится полный, резко и живо очерченный образ русского Инсарова. И недолго нам ждать его: за это ручается то лихорадочно мучительное нетерпение, с которым мы ожидаем его появления в жизни. (…) Придет же наконец, этот день! И, во всяком случае, канун недалёк от следующего за ним дня: всего-то какая-нибудь ночь разделяет их!».

Иван Сергеевич был очень раздосадован публикацией этой статьи и предъявил ультиматум Некрасову: либо он, Тургенев, или Добролюбов!.. Николай Алексеевич предпочел Добролюбова, после чего Иван Сергеевич покинул «Современник» и перестал общаться с Некрасовым. А впоследствии Добролюбов стал… прототипом образа Базарова в романе «Отцы и дети».

Следует заметить, что многие герои повестей и романов Тургенева имели характерные черты и образ жизни знакомых ему людей.

III

Оценивая творчество Тургенева, бросается в глаза, что более всего писатель тяготел к литераторам-западникам, которые исповедовали принцип «чистого искусства», который противостоял тенденциозному творчеству революционеров-разночинцев – П.В. Анненкова, В.П. Боткина, Д.В. Григоровича и А.В. Дружинина.

К этому же кругу некоторое время примыкал и Лев Толстой, который жил в то время в квартире Ивана Сергеевича. После его женитьбы в сентябре 1862 года на Софье Андреевне Берс Тургенев обрел во Льве Николаевиче близкого родственника, однако еще до их свадьбы, когда оба прозаика находились в гостях у Афанасия Афанасьевича Фета, между ними произошла серьезная ссора: когда Тургенев читал Толстому свое произведение, Лев Николаевич… заснул! Естественно, писатель обиделся, долго ругались, дело дошло и до рукоприкладства, которое едва не закончилась дуэлью, испортившая отношения между ними на долгие 17 лет!..

Некоторое время спустя, подобные недоразумения возникли у него и с Фетом, а также и со многими другими современниками – Ф.М. Достоевским, И.А. Гончаровым, а также с былыми друзьями молодости – с Герценом и Бакуниным.

…С 1 июля 1862 года по 15 февраля 1863-го «Колокол» опубликовал цикл статей «Концы и начала» из 8 писем Тургенева, не называя адресата, где Герцен отстаивал свое понимание исторического развития России, которая, по его мнению, должна двигаться по пути крестьянского социализма. Герцен противопоставлял крестьянскую Россию буржуазной Западной Европе, чей революционный потенциал он считал уже исчерпанным. Тургенев возражал ему в частных письмах, настаивая на общности исторического развития для разных государств и народов.

Но неприятности и весьма неожиданные события весьма отягощали жизнь писателя. В частности, еще в 1862 году Тургенев был привлечен к процессу 32-х по делу о «лицах, обвиняемых в сношениях с лондонскими пропагандистами». После предписания властей о незамедлительной явке в Сенат Иван Сергеевич решил написать письмо Государю, постаравшись убедить его в лояльности своих убеждений, «вполне независимых, но добросовестных».

«Допросные» пункты он попросил выслать ему в Париж. В конце концов, Тургенев был вынужден приехать в 1864 году в Россию на допрос, где сумел отвести от себя все подозрения, в результате чего Сенат признал его невиновным.

Однако обращение Тургенева лично к императору Александру II вызвало желчную реакцию Герцена в «Колоколе». Много позднее этот момент в отношениях двух писателей использовал В.И. Ленин для иллюстрации различия либеральных колебаний Тургенева и Герцена: «Когда либерал Тургенев написал частное письмо Императору с уверением в своих верноподданнических чувствах и пожертвовал два золотых на солдат, раненых при усмирении польского восстания, «Колокол» писал о некой «седовласой Магдалине», писавшей государю, что она не знает сна, мучаясь, что государь не знает о постигнувшем её раскаянии. И Тургенев сразу узнал себя».

Между тем, ещё в 1863 году Тургенев поселился в Баден-Бадене. Он активно участвовал в культурной жизни Западной Европы, устанавливая знакомства с крупными писателями Германии, Франции, Англии, пропагандируя русскую литературу за рубежом и знакомя русских читателей с лучшими произведениями современных ему западных авторов; в числе его знакомых были: Уильям Теккерей, Франс, Ги де Мопассан, Альфонс Доде и Гюстав Флобер.

Несмотря на вполне полноценную жизнь за границей, все мысли Тургенева были связаны с Россией. Он написал роман «Дым» (1807), вызвавший много споров в русском обществе; по словам автора, роман ругали все: «и красные, и белые, и сверху, и снизу, и сбоку – особенно сбоку».

Став постоянным сотрудником либерального журнала «Вестник Европы» в 1868 году, Тургенев прервал все связи с М.Н. Катковым. Разрыв не прошел легко – писателя стали преследовать в «Русском вестнике», и в «Московских ведомостях». Нападки особенно ужесточились в конце 1870-х, когда по поводу оваций, выпавших на долю Тургенева, газета Каткова уверяла, что писатель «кувыркается» перед прогрессивной молодежью.

Жизнь за границей, семидесятые годы

Ещё с 1874 года в парижских ресторанах Риша и Пелле, а также и на квартирах писателей проходили знаменитые холостяцкие «обеды пяти» – Флобера, Эдмона Гонкура, Доде, Золя и Тургенева. Идея принадлежала Флоберу, но главная роль отводилась Тургеневу. Обеды устраивались раз в месяц, где обсуждались самые разные темы: об особенностях русской и зарубежной литературы, о структуре французского языка, а также рассматривались всевозможные казусы и байки, а в завершение обеда друзья наслаждались вкусной пищей, приготовленной искусными поварами.

Постоянно пребывая в Париже, Иван Сергеевич выступал как консультант и редактор зарубежных переводчиков русских произведений; писал представления и примечания к переводам известных европейских авторов. Превосходно владея несколькими языками, Тургенев переводил западных писателей на русский язык, а для русских читателей – работы иностранцев на французский и немецкий языки.

Так появились переводы произведения Флобера «Иродиада» и «Повесть о святом Юлиане Милостивом» для русских читателей, а произведения А.С. Пушкина – для французских.

В результате Тургенев стал самым известным и читаемым русским автором в Европе, а критика единодушно причислила его к первым писателям современного века!..

В 1878 году на международном литературном конгрессе в Париже Иван Сергеевич был избран вице-президентом, а 18 июня следующего года его удостоили звания почетного доктора Оксфордского университета, при том, что до него такой чести не удостаивался ни один беллетрист!..

Одним из важных плодов размышлений семидесятых годов Тургенева стал самый объемный из его романов – «Новь» (1877), который подвергался острой критике его современников, в частности, М.Е. Салтыков-Щедрин расценивал этот роман как «услугу самодержавию».

Но круг близких знакомых и влиятельных людей Тургенева в это время значительно расширился: он подружился с министром просвещения А.В. Головиным, с братьями Милютиными, один из которых был товарищем министра внутренних дел и военным министром; с министром финансов М.Х. Рейтерном. А в конце 1800-х Тургенев близко сошелся с деятелями революционной эмиграции из России, такими как П.Л. Лавров, П.А. Кропоткин, Г.А. Лопатин и многие другие. Но среди прочих революционеров выше всех он ставил Лопатина, преклоняясь перед его умом, отвагой и нравственной силой.

А в апреле 1878 года Лев Николаевич Толстой предложил Тургеневу забыть все бывшие между ними «тёрки» и недоразумения, на что Иван Сергеевич с радостью согласился. Дружеские отношения и переписка возобновились, в результате чего Тургеневу удалось оказать огромное влияние на пропаганду русской литературы за рубежом.

В частности, в 1880 году писатель принял активное участие в пушкинских торжествах, приуроченных к открытию первого памятника Александру Сергеевичу в Москве, устроенных Обществом любителей российской словесности, возглавляемом в тот период академиком С.А. Юрьевым.

Однако не все русские писатели были рады его поддержке. Кстати, Достоевский в романе «Бесы» изобразил Тургенева в виде «великого писателя Кармазинова» – крикливого, мелкого, испившевося, практически бездарного литератора, считающего себя гением и отсиживающегося за границей. Подобное отношение к Ивану Сергеевичу вечно нуждающегося Достоевского было вызвано элементарной завистью, в том числе, обеспеченным положением писателя в его дворянском быту, а также самыми по тем временам высокими литературными гонорарами.

Достоевский писал:

«Тургеневу за его «Дворянское гнездо» (я, наконец, прочел) сам Катков (у которого я прошу 100 руб. с листа) давал 4000 руб., то есть, по 400 руб. с листа. Друг мой! Я очень хорошо знаю, что пишу хуже Тургенева, но ведь не слишком же хуже, и, наконец, я надеюсь написать совсем не хуже. За что же я-то, с моими нуждами, беру только 100 руб., а Тургенев, у которого 2000 душ, по 400?»

Тургенев, не скрывая своей неприязни к Достоевскому, в письме М.Е. Салтыкову-Щедрину в 1882 году (уже после смерти Достоевского) также не пощадил своего оппонента, назвав его «русским маркизом де Садом».

«Любви все возрасты покорны»

I

…Первым романтическим увлечением Ивана Сергеевича была дочь княгини Шаховской – Екатерина (1815-1836), юная поэтесса. Имения их родителей находились поблизости в Подмосковье, поэтому они часто, как добрые соседи, обменивались визитами. В ту пору Ивану было 15 лет, а особе его обожания – 19.

Варвара Петровна не любила её и называла презрительно «поэткой» и «злодейкой», поскольку против княжны не устоял и сам Сергей Николаевич, отец семейства, которому девушка ответила взаимностью. Это был удар, разбивший сердце Ивана, но чувства были столь остры, что впоследствии, уже будучи известным писателем, Тургенев наделил героиню повести «Первая любовь» чертами Кати Шаховской – Зинаиду Засекину.

…В 1841 году во время своего приезда в Лутовиново, Иван увлекся белошвейкой Дуняшей, которая у них жила. Между молодыми людьми завязался серьезный роман, итогом которого явилась беременность возлюбленной. Вполне естественно, как порядочный человек, Тургенев решил немедленно жениться. Однако его мать устроила грандиозный скандал, после чего Иван Сергеевич уехал в Санкт-Петербург, а Варвара Петровна, узнав об этом позоре, немедленно отправила Авдотью к родителям в Москву. Именно там, 26 апреля 1842 года родилась Пелагея, и как выяснилось впоследствии, единственная дочь Тургенева.

Дуняшу родители выдали замуж, а дочь оказалась в двусмысленном положении, «брошенкой», поскольку Иван Сергеевич её и знать не хотел, и официально признал её лишь в 1857 году, когда девочке исполнилось 15 лет.

…Тургенев любил бывать в обеих столицах, и однажды, приехав в Москву, он вскоре познакомился с Татьяной, сестрой будущего революционера-эмигранта М.А. Бакунина (1814-1876), имение которых находилось в Прямухино, куда и отправился погостить писатель.

Зима 1841-42 годов прошла в тесном общении с многодетной семьей Бакуниных. В сестер Михаила Александровича – Любовь, Варвару и Александру – влюблялись по очереди все друзья Тургенева (Станкевич, Белинский, Боткин и другие). Но краше всех для Ивана была Татьяна, старше его на 3 года. Как и все молодые Бакунины, она была увлечена немецкой философией, а свои отношения с окружающими рассматривала сквозь призму идеалистической концепции Фихте. Она писала Тургеневу письма на немецком языке, полные пространных рассуждений и самоанализа, несмотря на то, что молодые люди жили в одном доме, и от Тургенева она ожидала подробного анализа мотивов собственных поступков и ответных чувств.

Этот роман, по замечанию известного критика и литературоведа Г.А. Бялого, в обсуждениях которого приняло живейшее участие все младшее поколение Прямухинского гнезда, продолжался несколько месяцев.

Татьяна была влюблена по-настоящему, Иван Сергеевич тоже не остался равнодушен к разбуженной им любви.  Он написал несколько стихотворений (поэма «Параша» также навеяна общением с Бакуниной) и рассказ, посвященный этому возвышенно-идеальному, большей частью, литературно-эпистолярному увлечению. Но ответить серьезным чувствам молодой женщины он, увы, не смог.

…Случались и другие мимолетные привязанности Тургенева, однако наиболее значительными, сыгравших заметную роль в его творчестве, были два.

В 1850-е годы вспыхнул скоротечный роман с дальней кузиной, 18-летней Ольгой Александровной Тургеневой. Влюбленность оказалась взаимной, настолько, что Иван Сергеевич в 1854 году всерьез начал подумывать о женитьбе, хотя перспектива которой его изрядно пугала. Однако была в истории этой и своя «положительная» черта: позднее в романе «Дым» именно Ольга послужила прототипом образа Татьяны.

…Таким же нерешительным оказался Тургенев и с Марией Николаевной Толстой. Своими сомнениями он поделился с П.В. Анненковым:

«Сестра его одно из привлекательнейших существ, какие мне удавалось встретить. Мила, умна, проста – глаз бы не отвел. На старости лет (мне четвертого дня стукнуло 36 лет) – я едва ли не влюбился!»

Ради Тургенева 24-летняя Мария Толстая даже ушла от мужа, ибо внимание писателя она приняла за подлинную любовь, однако Тургенев ограничился на этот раз платоническим увлечением, а Мария Николаевна послужила ему прообразом Верочки в повести «Фауст».

II

Но самые серьезные чувства Тургенев испытал к Полине Виардо, которую встретил, когда великая певица осенью 1843 года приехала на гастроли в Петербург. Была она, как описывали её современники, весьма непривлекательна: маленькая, некрасивая, с глазами на выкат, большеротая, с крупными, выступающими зубами. Но стоило ей запеть, все мгновенно менялось – она превращалась в богиню!.. Впервые увидев ее, писатель влюбился сразу и на всю жизнь.

Тургеневу в то время было 25 лет, а Виардо – 22 года. Она была замужем за директором Итальянского театра в Париже, известным критиком и искусствоведом Луи Виардо. Они познакомились 1 ноября 1843 года, когда Ивана Сергеевича, прекрасно говорившего по-французски, представили самой Полине: «Этот молодой русский – помещик. Славный охотник и плохой поэт». Муж актрисы Луи был, как и новый знакомый, страстным охотником, они подружились и часто охотились во время её гастролей, в окрестностях Петербурга.

Тургенев был на всех представлениях Виардо, а когда она начинала петь, он буквально «улетал» в поднебесье, ничего не замечая вокруг себя.

Но певица среди массы поклонников выделяла именно Тургенева, более известного в то время, как заядлого охотника, а не литератора. А когда гастроли в России закончились, чета Виардо отправилась в Париж, куда за ними, против воли своей матери, последовал и писатель. Варвара Петровна, одна из самых богатых женщин России, владелица сельскохозяйственно-промышленной империи, за привязанность к «проклятой цыганке» лишила сына на 3 года денежного содержания!.. И в эти годы образ жизни «богатого русского», как привыкли считать знавшие его люди, сильно пошатнулся.

В ноябре 1845 года Тургенев вернулся в Россию, а в январе следующего года, узнав о гастролях Виардо в Германии, вновь покидает страну, едет в Берлин, затем – в Лондон, Париж, в турне по Франции, где гастролировала певица.

Не имея официального пристанища, Иван Сергеевич жил в семействе Виардо, как говорил сам писатель, «на краю чужого гнезда». Истинный характер отношений Полины Виардо и Тургенева до сих пор является предметом дискуссий литературоведов. Есть мнение, что после того, как Луи Виардо был парализован в результате инсульта (он был старше супруги на 20 лет – ред.), певица и писатель вступили в супружеские отношения. Но умер Луи в один год с Тургеневым.

Иван Сергеевич и сам понимал, что роковая страсть к знаменитой певице не принесет ему счастья, и в 36 лет он попытался забыть иностранку, тем более, что его мать мечтала, чтобы сын женился на русской дворянке, дочери своего кузена Ольге, чтобы увидеть законных внуков или внучек, ибо Пелагею она не признавала, ибо девчонка – крепостная!.. Однако в последний момент, когда нужно было сделать предложение, Тургенев признался Ольге, что не сможет её полюбить, как она того заслуживает, и они расстались…

III

…Последним серьезным увлечением писателя стала актриса Александрийского театра Мария Савина. Их встреча случилась в 1879 году, когда молодой актрисе было 25 лет, а Ивану Сергеевичу – 61 год.

Актриса в то время играла роль Верочки в его пьесе «Месяц в деревне». Роль была настолько ярко сыграна, что сам Тургенев был изумлен.

После выступления он вошел к актрисе за кулисы с огромным букетом роз и воскликнул: «Неужели эту Верочку я написал?!». Тургенев влюбился в Марию Савину, как юноша, в чем и признался ей. Но редкость их встреч сопровождалась регулярной перепиской, которая продолжалась четыре года. Несмотря на его искреннее отношение к Марии, он понимал, что был лишь хорошим другом, ибо замуж она собиралась за другого, однако брак её по неизвестной причине так и не состоялся. Но разница в возрасте, как все понимали, была слишком огромной, так что и браку Тургенева с Савиной не суждено было сбыться…

IV

Личная жизнь Тургенева, как выясняется, сложилась весьма неудачно. Прожив 38 лет в тесном общении с семьей Виардо, Иван Сергеевич чувствовал себя глубоко одиноким. В этих условиях сформировалось его специфическое изображение любви; в его произведениях практически не бывает счастливой развязки, а последний «аккорд» чаще всего…грустный. Но тем не менее почти никто из русских писателей не уделил столько внимания изображению любви, никто не идеализировал русскую женщину, как Тургенев.

Характеристика женских персонажей его романов и повестей 1850-1880 годов – это образы цельных, самоотверженных, нравственно сильных героинь, что, в конечном счете, сформировало литературный феномен «тургеневской девушки» – типичной героини его произведений.

Таковы Лиза в повести «Дневник лишнего человека»; Наталья Ласунская в романе «Рудин»; Ася – в одноименной повести; Вера в повести «Фауст»; Елизавета Калитина в романе «Дворянское гнездо»; Елена Стахова в романе «Накануне»; Мариана Синецкая в романе «Новь» и другие.

Л.Н. Толстой, отмечая заслуги Тургенева, говорил, что Иван Сергеевич написал удивительные портреты женщин, и что впоследствии он и сам наблюдал «тургеневских женщин», которые его восхищали.

Потомки И.С. Тургенева

Подводя итог всему сказанному, читатель понимает, что своей семьей Иван Сергеевич так и не обзавелся. Дочь писателя от белошвейки Авдотьи Ермолаевны Ивановой – Пелагея Ивановна Тургенева, воспитывалась в семье Полины Виардо, которую, сочувствуя восьмилетней девочке, пригласила в свой дом певица. Пелагею стали звать на французский лад Полинет, которая росла вместе с детьми Виардо.

Во Францию Иван Сергеевич приехал лишь через 6 лет, когда его дочери исполнилось 14 лет. Он изменил имя дочери на Полину, что ему казалось более благозвучным. Девочка почти забыла русский язык и говорила исключительно по-французски, что умиляло отца. В то же время его огорчало, что у девочки сложились весьма непростые отношения с Виардо. Полина неприязненно относилась к возлюбленной отца, и вскоре это привело к тому, что её отдали в частный пансион. Когда Тургенев в следующий раз приехал во Францию, он забрал дочь из пансиона, и они поселились вместе, а для Полинет (на французский лад) была приглашена Иннес, гувернантка из Англии.

В 17-летнем возрасте Полина познакомилась с молодым предпринимателем Гастоном Брюэром (1835-1885), который произвел на Тургенева приятное впечатление, и он дал согласие на брак дочери. В качестве приданого отец подарил ей немалую по тем временам сумму – 150 тысяч франков.

Но замужество Полины продлилось недолго, ибо Брюэр вскоре разорился, после чего она, избегая развода, при содействии отца скрывалась от мужа в Швейцарии. После смерти Ивана Сергеевича, последовавшей в 1823 году в семье Полины Виардо, наследницей Тургенева, согласно его завещанию, стала именно она. А дочь Полина Тургенева-Брюэр оказалась в очень затруднительном материальном положении – без средств, без связей, в чужой стране. Перебивалась, как говорится, чем придется, – переводами, преподаванием русского или французского языка малолеткам, а также – случайными связями с поклонниками. Умерла она в 1919 году от рака в возрасте 76 лет. Дети Полины – Жорж-Альбер и Жанна потомков не имели.

Жорж-Альбер умер в 1924 году; Жанна-Брюэр-Тургенева так и не вышла замуж; жила, зарабатывая на жизнь частными уроками, так как свободно владела пятью языками. Она даже пробовала себя в поэзии, писала стихи на французском. Умерла в 1952 году в возрасте 80 лет, а с ней оборвалась и родовая ветвь Тургеневых по линии Ивана Сергеевича…

Последние годы жизни писателя

I

Последние годы жизни Тургенева стали для него вершиной славы как в России, где писатель вновь стал всеобщим любимцем, так и в Европе, где лучшие и уважаемые критики того времени причислили его к первым писателям века!..

А его приезды в Россию в 1878-1881 годах стали настоящим триумфом; тем тревожнее в 1882 году были вести о тяжелом обострении его подагры. Весной того же года обнаружились и первые признаки заболевания, вскоре ставшими для Тургенева смертельными.

При временном облегчении болей он продолжал работать и за несколько месяцев до кончины издал первую часть «Стихотворения в прозе» – цикл лирических миниатюр, который стал своеобразным прощанием его с жизнью, родиной и искусством. Книгу открывало стихотворение в прозе «Деревня», а завершал её «Русский язык» – лирический гимн, в который автор вложил свою веру в великое предназначение своей страны:

«Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей Родины, ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!.. Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома. Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!»

Парижские врачи Шарко и Жако поставили диагноз писателю – грудная жаба; вскоре к ней присоединилась и межреберная невралгия. Последний раз Тургенев был в Спасском-Лутовинове летом 1881 года. Зимы больной проводил в Париже, а на лето его перевозили в Буживаль, в имение Виардо.

В январе 1883 года боли усилились настолько, что он не мог спать без морфия. Ему сделали операцию по удалению невромы в нижней части брюшной полости, но операция помогла незначительно, поскольку никак не облегчала болей в грудной области позвоночника.

Болезнь развивалась и март, и апрель, писатель так мучился, что окружающие начали замечать минутные помутнения его рассудка, вызванные отчасти приемами морфия. Тургенев полностью осознавал свою близкую кончину и смирился с последствиями болезни, которая лишает его возможности ходить или даже просто стоять. Тем не менее Тургенев продолжал работать и незадолго до смерти надиктовал Полине Виардо свой последний рассказ «Une fin» (т.е. «конец»).

II

Противостояние между «невообразимо мучительным недугом и невообразимо сильным организмом», как писал П.В. Анненков, завершилось 22 августа (3 сентября) 1883 года в Буживале под Парижем. Иван Сергеевич скончался согласно одной из версий, от миксосаркомы (злокачественной опухоли костей позвоночника); согласно другой – от рака Панкоста (рак верхней борозды лёгкого) с инвазией в позвоночник, на 65-м году жизни.

Врач С.П. Боткин свидетельствовал, что истинная причина смерти была выяснена лишь после вскрытия, во время которого учеными-физиологами был также взвешен мозг почившего. Оказалось, что среди тех, чей мозг был взвешен, Тургенев обладал самым большим: 2012 г., что почти на 600 граммов больше среднего веса!..

Смерть Тургенева стала большим потрясением для его почитателей, которое выразилось в весьма внушительных и торжественных похоронах.

Но традиционным похоронам предшествовали траурные торжества в Париже, где приняли участие свыше 400-х человек. Среди них было не менее 100 французов, с которыми дружил покойный. К провожавшим писателя друзьям обратился с прочувственной речью Эрнест Ренан, который говорил о том, какую невосполнимую утрату понесла русская и французская литература, и что память об этом уникальном человеке будет хранится вечно в последующих поколениях обеих стран.

В соответствии с волей покойного 27 сентября тело его было перевезено в Петербург.

Но на длинном и долгом следовании на родину, еще на приграничной станции Вержболово и на всех последующих остановках служили панихиды; на перроне петербургского Варшавского вокзала произошла торжественная встреча гроба с телом почившего писателя. Сенатор А.Ф. Кони так вспоминал о похоронах:

«Прием гроба в Петербурге и следование его на Волково кладбище представляли необычные зрелища по своей красоте и соблюдению порядка. Непрерывная цепь 176-ти депутаций от литературы, от газет, журналов, ученых, просветительных и учебных заведений, от земляков, сибиряков, поляков и болгар заняла пространство в несколько верст, привлекая сочувствующих и нередко растроганные вниманием громадной публики, запрудившей тротуары, – несомыми депутациями изящными, великолепными венками и хоругвями с многозначительными надписями. Так, был венок с надписью: «Любовь сильнее смерти» от педагогических женских курсов»

Упокоился Иван Сергеевич на Волковом кладбище Санкт-Петербурга, где находятся могилки известных людей. К памятнику писателя ведет «дорожка Путешественников», а на Литературных мостках среди пышной зелени высится памятник – бюст И.С. Тургенева, ниже надпись: «Тургенев», а на гранитной плите у его основания – выбиты буквы: «Иван Сергеевич Тургенев 1818-1883».

В Москве до 2018 года памятника писателю не было, теперь возле метро Парк Культуры на ул. Остоженка, 47 установлен памятник писателя в полный рост с книгой в руке. А в Бобровом переулке возле библиотеки – бюст И.С. Тургенева. Рядом в сквере – музей его имени. В его честь названа площадь возле метро и станция «Тургеневская».

Каким он был великий писатель Иван Сергеевич Тургенев?..

Следует заметить, что по зодиакальному знаку Тургенев был «скорпион», что проявлялось в сложном и противоречивом его характере. Положительные черты: целеустремленный, темпераментный, сдержанный, независимый, с развитой интуицией, способный проникнуть в суть любого явления, твердый, решительный, склонный к мистике, ответственный, лояльный. Отрицательные черты: упрямый в достижении личных целей, властолюбивый, собственник, ревнивец, своевольный, безжалостный, мстительный и весьма скрытный. На сколько правдив его гороскоп?.. Что замечали и говорили знавшие Тургенева люди?..

Биографы писателя отмечали неповторимые особенности его быта. С молодости он сочетал в себе ум, образованность, художественное дарование с пассивностью, склонностью к самоанализу и нерешительностью. Все вместе причудливым образом сочеталось с привычками барчонка, бывшего долгое время в зависимости от властной и деспотичной матери.

Тургенев вспоминал, что в берлинском университете во время изучения Гегеля он мог бросить учебу, когда нужно было дрессировать свою собаку, с которой он ходил на охоту, любимое свое развлечение.

Однажды Т.Н. Грановский, зашедший к нему на квартиру, застал студента-философа за игрой с крепостным слугой в «карточные солдатики». Ребячливость с годами сгладилась, но внутренняя раздвоенность и незрелость взглядов ещё долгое время давали о себе знать. По словам А.Я. Панаевой, Ивану хотелось быть приятным в светском обществе, в светских гостиных, но при этом он стыдился признаться в своих литературных заработках, что говорило о его ложном и легкомысленном отношении к литературе и к званию писателя в то время.

О малодушии писателя в юном возрасте многие, кто его знал, тоже судачили. В частности, есть свидетельство, когда в Германии во время его путешествия на корабле случился пожар, и как отреагировал на него Тургенев?.. Опасавшийся за свою жизнь, Иван умолял одного из матросов спасти его, пообещав солидное вознаграждение от своей матери, если останется жив.  Как рассказывали потом пассажиры, молодой человек жалобно восклицал: «Умереть таким молодым!» и при этом безжалостно расталкивал женщин и детей у спасательных лодок, чтобы поскорее занять лучшее место в лодке. К счастью, берег был недалеко; оказавшись на берегу, молодой человек устыдился своего малодушия. Но слухи о его трусливости проникли в общество и стали предметом насмешек. Событие это сыграло весьма негативную роль в последующей жизни Тургенева, но было во всех подробностях описано им в новелле «Пожар на море».

Биографы жизни писателя отмечают еще одну черту его характера, приносившую немало хлопот, – его необязательность, всероссийскую халатность. К примеру, Иван Сергеевич мог пригласить к себе гостей и вскоре забыть об этом, отправившись куда-либо по своим делам; он мог пообещать рассказ Некрасову для очередного номера «Современника» и даже взять аванс, и не отдать своевременно обещанной рукописи. Однако надо признать, что впоследствии Тургенев от подобных досадных мелочей   предостерегал молодое поколение.

Но однажды жертвой этой необязательности стал польско-российский революционер Артур Бенни, на которого в России возвели клевету, обвиняя в том, что он является агентом III Отделения.

Развеять данное обвинение мог лишь А.И. Герцен, которому Артур написал письмо и просил передать его с оказией в Лондон Тургеневу. Но, увы, Иван Сергеевич забыл про письмо, пролежавшее неотправленным свыше двух месяцев. За это время слухи о предательстве Артура Бенни достигли катастрофических размеров. В результате письмо, попавшее к Герцену с большим опозданием, уже ничего не могло изменить в репутации молодого человека.

Обратной стороной подобных изъянов Тургенева была его душевная мягкость, широта натуры, известная щедрость и незлобивость. Однако его кротость, простодушие имели свои пределы. Когда во время последнего приезда в Спасское он увидел, что мать, не знавшая, как угодить сыну, выстроила строем всех крепостных вдоль аллеи, чтобы те приветствовали барчука «громко и радостно», Иван нешуточно разгневался на матушку, тут же развернулся и уехал обратно в Петербург. Больше они не виделись до самой ее смерти, а его решения не могло поколебать даже безденежье, на которое мать его обрекла.

Людвиг Пич (известный немецкий литератор и художник – ред.) среди свойств характера Тургенева выделял его скромность. За границей, где еще плохо знали его творчество, Иван Сергеевич никогда не кичился перед окружающими тем, что в России он уже считался известным писателем. Став хозяином материнского наследства, Тургенев не проявлял никакой заботы о своих хлебах и урожаях. В отличие от Льва Толстого, он не имел никакой хозяйственной жилки; сам себя Тургенев именовал «самым безалабернейшим из всех русских помещиков». В управление своим имением он не вникал, поручая его либо своему дяде или поэту Н.С. Тютчеву, а то и вовсе случайным людям.

Тургенев был весьма состоятельным хозяином, он имел не меньше 20 тысяч руб. дохода в год с земли. Гонорары его были также весьма значительны. Иван Сергеевич считался одним из самых высокооплачиваемых писателей России: каждое издание «Записок охотника» доставляло ему 2500 руб. чистого дохода, а право издания его сочинений стоило 20-25 тыс. рублей.  Но при всем при этом Тургенев всегда нуждался в деньгах, расходуя их весьма нерасчетливо.

Значение и оценки творчества И.С. Тургенева соотечественниками

I

Тема «Лишние люди» в изображении Тургенева имеет свою предысторию. Несмотря на то, что о них до него писали и А.С. Пушкин, и М.Ю. Лермонтов, и другие известные литераторы, именно Тургеневу принадлежит приоритет в определении данного типа литературных персонажей. Название «лишний человек» закрепился после выхода в 1850 году его повести «Дневник лишнего человека». Эти люди отличались, как правило, общими чертами интеллектуального превосходства над окружающим и одновременно душевным разладом, скептицизмом по отношению к реалиям внешнего мира, расхождением между словом и делом, неспособностью к самореализации, неумением и нежеланием посвятить себя какой-либо высокой цели. Тургенев создал целую галерею подобных образов: Чулкатурин («Дневник лишнего человека»), Рудин (1856), Лаврецкий («Дворянское гнездо», 1859), Павел Петрович Кирсанов («Отцы и дети», 1862), Нежданов («Новь», 1877). Проблеме «лишнего человека» посвящены также повести и рассказы: «Ася», «Яков Пасынков», «Переписки» и другие.

Главный герой «Дневника…» отмечен стремлением анализировать все свои эмоции, фиксировать малейшие оттенки состояния собственной души. Подобно шекспировскому Гамлету герой замечает неестественность и натянутость своих размышлений, отсутствие воли:

«Я разбудил самого себя до последней ниточки, сравнивал себя с другими, припоминал малейшие взгляды, улыбки, слова людей… Целые дни проходили в этой мучительной, бесплодной работе»

Разъедающий душу самоанализ доставляет герою неестественное наслаждение:

«Только после изгнания моего из дома Ожеговых я мучительно узнал, сколько удовольствия человек может почерпнуть из созерцания собственного несчастья»

Несостоятельность апатичных и рефлексирующих персонажей еще более оттенялись образами цельных и сильных тургеневских героинь.

Одновременно с Тургеневым феномен «лишнего человека» продолжал разрабатывать И.А. Гончаров в романе «Обломов», Н.А. Некрасов, А.Ф. Писемский и многие другие, в том числе, и А.П. Чехов в повести «Дуэль», где главный герой Лаевский – «сколок с Рудина».

II

В середине 1850-х годов Иван Сергеевич разочаровался в своем призвании драматурга, ибо критика объявила его пьесы «несценичными». В них, как утверждала критика, «недостаток движения и преобладание разговорного элемента». Это было весьма неприятно, и Тургенев решил более время зря не тратить.

Но для Полины Виардо он сделал исключение – написал 4 французских опереточных либретто, предназначенных для постановки в театре Баден-Бадана, которые с большим успехом шли на сценах Франции и Германии.

Некоторое время спустя, опомнились и российские режиссеры: свыше 160 лет пьесы Тургенева не сходят со сцены европейского и российского театров.

В них играли прославленные исполнители: П.А. Каратыгин, В.Н. Давыдов, К.А. Варламов, М.Г. Савина, Г.Н. Федотова, В.Ф. Комиссаржевская, К.А. Станиславский, В.И. Качалов, М.Н. Ермолова и многие другие.

Наибольший успех выпал на долю «Месяц в деревне», дебют спектакля состоялся в 1872 году, во МХАте пьесу ставили К.С. Станиславский и И.М. Москвин. И как показало время, пьеса не сходит со сцены русских театров и сегодня. Но еще при жизни автора театры начали инсценировать романы и повести Тургенева, такие как: «Дворянское гнездо», «Степной король Лир», «Вешние воды» и другие.

III

Современники дали творчеству Тургенева весьма высокую оценку, в их числе: В.Г. Белинский, Н.А. Добролюбов, Д.И. Писарев, А.В. Дружинин, П.А. Анненков, Аполлон Григорьев, В.П. Боткин, Н.Н. Страхов, В.П. Буренин, К.С. Аксаков, Н.К. Михайловский, К.Н. Леонтьев, А.С. Суворин, П.В. Лавров, С.С. Дудышкин, П.Н. Ткачев, Н.И. Соловьев, М.А. Антонович, М.Н. Лонгинов, М.Ф. Де-Пуле, Н.В. Шелгунов, Н.Г. Чернышевский и многие другие.

Виссарион Григорьевич Белинский: «Этот человек необыкновенно умен. Отрадно встретить человека, самобытное и характерное мнение которого, сшибаясь с твоим, извлекает искры». Кроме того, он отмечал у Тургенева необыкновенное мастерство изображения русской природы.

Федор Тютчев: «Записки охотника» отмечены такой мощью таланта, который благотворно действует на меня; понимание природы часто представляется вам как откровение!». 

По словам Н.В. Гоголя, в русской литературе того времени больше всех таланта у Тургенева. А критик, талантливый публицист Николай Александрович Добролюбов отмечал, что «стоит писателю затронуть в своей повести какой-либо вопрос, или новую сторону общественных отношений, как эти проблемы поднимались и в сознании образованного общества, а также перед глазами у всех простых людей».

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин заявлял, что «литературная деятельность Тургенева для общественного значения имела равный статус деятельности Некрасова, Белинского и Добролюбова».

Федор Достоевский: «На днях возвратился из Парижа поэт Тургенев. Что за человек! (…) Поэт, талант, аристократ, красавец, богач, умен, образован, не знаю, в чем природа отказала ему?».

Лев Николаевич Толстой так характеризовал своего друга: «Тургенев – прекрасный человек (не очень глубокий, очень слабый, но добрый, хороший человек), который говорит всегда то самое, что думает и чувствует».

По мнению С.А. Венгерова, русского литературного критика конца XIX – начала XX-го века, «Ивану Сергеевичу удавалось писать настолько реалистично, что трудно было уловить грань между литературным вымыслом и реальной жизнью».

Дмитрий Писарев: «Знание русской жизни, и притом знание не книжное, а опытное, вынесенное из действительности, очищенное и осмысленное силою таланта и размышления, оказывается во всех произведениях Тургенева. Велик человек, великий мастер!».

Романами Тургенева зачитывались всегда, его героям подражали в жизни; в каждом из его крупных произведений есть действующее лицо, «в уста которого вложено тонкое и меткое остроумие самого автора».

***

Иван Сергеевич был хорошо известен и в современной ему Западной Европе. На немецкий язык в 1850-х годах были переведены все его крупные произведения, а в 1870-1880-х он стал самым любимым русским писателем в Германии, а немецкие критики оценивали его как одного из самых значительных современных новеллистов.

Канцлер Германской империи Х. Гогенлоэ называл Тургенева лучшим кандидатом на должность премьер-министра России, говоря: «Сегодня я говорил с самым умным человеком России».

Во Франции огромной популярностью пользовались «Записки охотника». Ги-де Мопассан называл его «великим человеком», «гениальным романистом».

Жорж Санд писала Тургеневу: «Учитель! Мы все должны пройти Вашу школу!».

В Англии были переведены «Записки охотника», «Дворянское гнездо», «Накануне» и «Новь».

Западного читателя покоряли моральная чистота в изображении любви. Кроме того, Тургенев сумел показать европейскому обществу подлинную Россию, в том числе, русское крестьянство, русских разночинцев и революционеров, интеллигенцию, а также образ русской женщины.

Наследие Ивана Сергеевича Тургенева

Наследие, которое оставил своим потомкам великий и талантливейший писатель, огромно!.. Всего перу его принадлежат: 4 романа, 4 повести, 26 рассказов, 2 сборника, и 15 стихотворений в прозе, а также 10 великолепных пьес, которые с успехом идут в российских театрах при полных залах более ста лет.

Многие произведения Ивана Сергеевича экранизированы:

1915 г. – «Дворянское гнездо»; Песнь торжествующей любви», «После смерти»;

1937 г. – «Бежин луг;

1943 г. – «Тайны»;

1953 г. – «Завтрак у предводителя», «Нахлебник»;

1958 г. – «Отцы и дети»;

1959 г. – «Накануне», «Муму»;

1968 г. – «Первая любовь», «Месяц в деревне»;

1969 г. – «Дворянское гнездо»;

1972 г. – «Нахлебник»;

1975 г. – «Гамлет Щигровского уезда»;

1976 г. – «Рудин», «Степной король Лир», «Фантазия»;

1977 г. – «Ася», «Бирюк»;

1981 г. – «Затишье»;

1983 г. – «Отцы и дети»;

1987 г. – «Муму»;

1989 г. – «Вешние воды», «Поездки в Висбаден»;

1992 г. – «Дым»;

1995 г. – «Первая любовь»;

1998 г. – «Муму»;

2008 г. – «Отцы и дети».

Последнее творение Тургенева «Стихи в прозе», многие критики восприняли как прощание гениального писателя с искусством, а также – с жизнью.

Но все, что Иван Сергеевич подарил нам, его потомкам, вот уже много лет радует и воспитывает нас, его читателей. Он признанный реформатор и новатор, меняющий взгляды человека и разрушающий стереотипы.

Творчество Тургенева вошло в золотой фонд русской литературы, это – неувядающая классика, которой гордится Россия, его любимая родина.

Римма Кошурникова


комментариев 6

  1. Надежда Лысанова

    Спасибо, Дмитрий Геннадиевич. Если б я еще преподавала в школе, то использовала бы вашу статью. А вывод один: писателем или поэтом становится обычно человек необычный, но много уже переживший с ранами на душе и в сердце. И прав был Жириновский по этому поводу. Он примерно также об этом говорил.

  2. Владимир Прокопьевич Безбадченко

    не знаю как ныне в средней школе Тургенева «проходят», но за мои 70 как–то не было желания «читывать и перечитывать» его НИ РАЗУ. Хотя читать о его личности было любопытно. Читанное не раз приводило к оправданию неприязни и к творчеству Тургенева. Да и как мне,пролетарию с 11–ю профессиями достаточными чтобы основать цивилизацию, романтику науки и техники, относиться к крепостнику по сути, вращавшемуся в Парижах среди писателей–романтиков и НЕ написавшем ничего романтичного вообще! Бытописатель ради гонораров? «Жалельщик» Александра Николаевича? Да как это в СССР его пропустили в школу? Явные происки врагов и школы и СССР. Никита Михалков 19–го века. ,Барин, но с претензией на прогресс

  3. Валентин Свининников

    Потрясающий труд! Столько нового и так концентрированна сказано о человеке, представителе интеллектуальной элиты России 19-го века! О творчестве Тургенева написаны тома. О человеке — пришлось, наверное, собирать по крупицам из множества источников, причём, редких! И таким противоречивым предстаёт этот классик, либерал-крепостник, отражающий вроде бы объективную реальность своего времени в стране.
    Признаюсь: сам я не поклонник его творчества, кроме №Записок охотника», где впервые открылась читателю сущность характера русского крестьянина. За одно это достоин они памятников, и почётного места на картине Ильи Глазунова «Вечная Россия». Текст для книги об Этой картине писал я под влиянием «Необыкновенной истории » Ивана Гончарова — о сложных отношениях этих двух классиков. Дело доходило ведь даже до суда по обвинению Тургенева в заимствовании, мягко говоря, образов из романов Гончарова, которые создавались долго и чтение автором отрывков из них, которым очень интересовался Тургенев, давало повод так думать. Тургеневские повести выходили с завидной оперативностью. Имя Гончарова так и не стало открытием для Европы, в отличие от Тургенева. Имана Достоевского и Льва Толстого тоже появились на слуху в Европе позже. Но остались там явлением русского духа навсегда. Интересно, читают ли сегодня в Европе Тургенева?
    Римма Кошурникова деликатно обошла эту тему, хотя немало сказано о вздорном характере Тургенева, его ссорах с былыми друзьями и единомышленниками. Обошла она и тему негласного сотрудничества его с министерством внутренних дел. А он же не только знакомил Европу с тонкостями общественной жизни России, но, надо полагать, и о настроениях в Европе. Впрочем, может, всё это выдумки о его генеральском чине. Но вот его отношения с теми, кто готовил будущие трагедии России как страны-цивилизации описаны подробно, ярко, убедительно.
    Главное, обстоятельная работа Риммы Кошурниковой заставляет вдумываться в тонкости отношений интеллектуальной элиты, о роли западников в её истории, о личной судьбе талантливого писателя, настроенного явно против революции, но невольно приближавшего её своими творениями.

  4. Римма Кошурникова

    В публикации допущена досадная опечатка: роман «Дым» был написан автором в 1867 году и в том же году был напечатан. В последствии он был экранизирован в Италии, Японии, США и России.

  5. Станислав Федотов

    Никогда прежде не интересовался биографиями писателей. Чтение очерков Риммы Кошурниковой приобщило к этому жанру литературы. Спасибо!

  6. Дмитрий Станиславович Федотов

    Иван Сергеевич — действительно великий писатель, незаурядная личность и настоящий русский человек. Его произведения и спустя полтора века не престали быть востребованными в том числе и потому, что темы в них подняты вечные, но — как подняты!.. «Муму», «Ася», «Дворянское гнездо», «Накануне» — какие образы, какие характеры!.. Многим нынешним литераторам такое мастерство в принципе недоступно, а иным полжизни потратить, чтобы только приблизиться…
    В общем, низкий поклон вам, Римма Викентьевна, за ваш труд и самоотверженность в возвращении памяти о русской литературе! Спасибо огромное!

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Электронное периодическое издание "Клаузура". Регистрационный номер Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Печатное издание журнал "Клаузура"
Регистрационный номер ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика