Понедельник, 04.03.2024
Журнал Клаузура

Станция Графская. Лирический репортаж

Станция Графская Николаевской железной дороги,

год основания 1868

—  Представляешь, я наконец-то смогла побывать в том музее, про который говорила тебе, что на вокзале. Там чудесно… Даже волшебно!

— Он уже работает?

— Да. Впрочем, музей был закрыт.

— А как же ты туда попала? Через окошко подглядела?

— Нет, что ты! На них плотные, роскошные гардины, через них ничего не увидать. Для меня просто открыли музей.

— Как?!

— Ну… так! Ключом!

— Подожди. Давай, сначала. Ты была на вокзале…

— Да! Дай, лучше сама всё расскажу!

Шёл мелкий, незаметный почти снег, больше похожий на дождь. Он не украшал собой округу, приписывая ей несуществующие достоинства и скрывая даже серьёзные недостатки, но более того, — с упорством, достойным иного применения портил дело своих предшественников.

Снежная каша дороги неприятно чавкала под ногами, и как ни хотелось заставить её вести себя прилично и жевать с закрытым ртом, — увы, до мороза не было надежды на то, что она одумается. Ноги скользили, одежда набухала от воды… Загаданная наперёд прогулка уже не казалась такой заманчивой, и я огляделась по сторонам, чтобы понять, где могу переждать три четверти часа до поезда, что обещал доставить меня в ту самую глушь, из которой вывез час тому назад. Ничего подходящего не находилось, кроме здания вокзала, в котором оказалось на удивление тихо, уютно, тепло и пусто.

Четверть века тому назад, в помещении по соседству с залом ожидания размещался станционный буфет. Витрины его ломились от закусок, тучные девицы в кружевных кокошниках, понимая всё и обо всех, тем не менее источали благодушие, да подкармливали серьёзного, обстоятельного пса, что с раннего утра и до закрытия буфета отплясывал на задних лапах перед посетителями, зарабатывая себе пропитание.

Теперь же, подле дверей бывшего буфета, заместо духа провизии, что рассеялся давно, витал лёгкий запах масляной краски, а на заснеженном пороге не было уже заметно следов милого, трогательного пса. Вместо того, стену у входа украшала массивная мраморная табличка, гласившая, что данное помещение признано историческим памятником, а охраняется не железнодорожным сторожем с колотушкой в руке, но государством, и теперь здесь располагается не что иное, как музей.

Не сомневаясь ни мгновения, я ухватилась за ручку двери и потянула на себя, ожидая вновь ощутить знакомую  лёгкость массивной, в половину высоты стены, створки. Увы. Дверь не поддалась.

Железнодорожный служащий, что проходил мимо. с приятной улыбкой сообщил, что попасть внутрь можно только в сопровождении экскурсовода.

— Но это же музей!!! — Воскликнула я с неподдельным, искренним, воистину детским восторгом, и служащий, с уважением в голосе, предложил обождать минутку:

— Сейчас, я скоро, для вас отопру.

…Этот старинный вокзал был пуст лишь на первый взгляд. На удобных деревянных скамьях в центре зала сидели молодые дамы и девицы.  Некоторые грели руки в меховых муфтах, иные — о стаканы с чаем из медного самовара, что пыхтел тут же, за дубовой стойкой буфета.

— Любезный, вы только, пожалуй, не плесните сырой воды… — Искательно просили кавалеры буфетчика. А тот улыбался, но подливал исподтишка в стаканы холодной.

Телеграфист бездельничал у аппарата в своей уютной будочке, но делал вид, что страшно занят, а сам поглядывал на одну из девиц, придумывая повод обратиться к ней, или хотя бы выпытать исподволь, бывает ли она на катке или увидит ли он её на балу, что непременно состоится на Рождество…

— Вы ещё здесь? — Железнодорожный служащий вывел меня из забытья, а ведь только-только дошёл черёд до начальника станции, мне хотелось расспросить его о многом… — Простите, но я не могу оставить дверь незапертой… — С неподдельным раскаянием проговорил служащий. — Осторожнее, порог скользкий, я ещё не успел припудрить его песком. — Заботливо предостерёг меня он у выхода.

С сожалением о том времени, потерянном напрасно, и благодарностью за возможность ощутить его, примерит на себя, я присела в книксен. И, ей-ей, это не выглядело неуместным. Тому, кто смотрит в душу, неважен твой наряд.

Привычное прикосновение к форменной фуражке и лёгкая мечтательная улыбка были мне ответом. А пожелание доброго пути вослед, прозвучало будто-бы из-под запертой на ключ двери старинной залы вокзала…

 Иоланта Сержантова

 Станция Графская Николаевской железной дороги,

1868 — 2023 год, третье декабря, воскресеньѣ​

 

В качестве иллюстрации использовано архивное фото из открытых источников


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Электронное периодическое издание "Клаузура". Регистрационный номер Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Печатное издание журнал "Клаузура"
Регистрационный номер ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика