Вторник, 18.12.2018
Журнал Клаузура

Валерий Румянцев. «Там, где кончается асфальт». Рассказ

Дорога свернула к лесу и как-то внезапно закончилась. Старый, потрескавшийся асфальт терялся в густой траве, и очевидно было, что здесь уже давно не бывало никакого транспорта. Влад вылез из машины и, раздвигая широкие ладони лопухов, прошел немного вперед. Дорога, все-таки, была. Вернее, ее следы. Просто, по крайней мере, уже года три по ней никто не ездил.

«Интересно, как он в город выбирается?» — подумал Влад и вернулся к машине. Он завел двигатель и осторожно, на первой скорости, стал пробираться к лесу. Трава с жестким шуршаньем цеплялась за днище машины, словно пытаясь остановить ее. Яркое июльское солнце слепило глаза, и Влад с трудом угадывал остатки дороги. Когда он, наконец, добрался до прогалины на опушке, то с облегчением вздохнул и вытер вспотевшее лицо. В окно повеяло влажной прохладой. Однако радоваться было рановато. Травы на дороге стало поменьше, зато теперь постоянно встречались завалы из веток, а кое-где и из целых упавших стволов деревьев. То и дело приходилось останавливаться и расчищать проезд.

Тучи потревоженных комаров набрасывались на незваного пришельца. Три часа потребовалось Владу, чтобы преодолеть четыре километра. Солнце уже садилось, когда деревья расступились, и Влад, остановив машину, вышел на пригорок. Внизу, на огромной поляне, блестело голубое озеро, на берегу которого стояло несколько аккуратных строений.

Людей не было видно, но из трубы крайнего домика поднималась неторопливая струйка дыма. «Все как на фотографии», — мелькнуло в голове. Влад осмотрел спуск и решил, что проехать вполне можно. Уже садясь в машину, он привычно окинул взглядом местность и отметил про себя круг примятой травы на поляне и сверкнувший на мгновение солнечный зайчик на противоположном лесистом склоне.

Когда машина подъехала к дому, из-за угла появились три овчарки и уселись полукругом возле крыльца. Влад просигналил, но в доме по-прежнему было тихо. Решив подождать, Влад выключил двигатель и задумался. Интересно, как встретит его Кронов? Четыре года они не виделись и, хотя прежде относились друг к другу с симпатией, особо доверительных отношений между ними не было. Все-таки, слишком разные интересы были у каждого.

Влад мысленно окунулся в атмосферу прошлых лет и, словно наяву, услышал голос Бориса Кронова. Они тогда сидели в думском буфете, и Борис вспомнил, как освистывали совсем недавно Андрея Сахарова. Те же самые люди, которые лили потом слезы по поводу его смерти. «Они тупо ненавидят то, чего не в силах понять своими мыслительными аппаратами упрощенного образца, — говорил тогда Кронов. – Это своего рода психологическая защита, чтобы не чувствовать своей ущербности. Но эта такая агрессивная защита, что способна затормозить любой прогресс…». Из того разговора Владу врезалась в память одна фраза, в справедливости которой он потом не раз убеждался: «Простейшие создают массу сложностей».

«Впрочем, сложности создают не только простейшие», — усмехнулся Влад, вспомнив о цели своего приезда.

Овчарки сорвались с места и бросились к озеру. Влад повернул голову и увидел выходящего из воды аквалангиста. Когда тот снял маску и ласты, Влад узнал Бориса и вылез из машины.

 — Свои, — сказал Кронов собакам и пошел навстречу Владу.

 — Ба! Влад Белов! Приветствую, дорогой, — протянул он руку. – Рад тебя видеть. Проходи в дом – он показал на крайний домик. — Я сейчас, только переоденусь.

 И Борис направился к соседнему строению.

 «Как будто я из соседней комнаты вышел», — подумал Влад, поднимаясь по ступенькам.

 Он вошел в комнату. Для глухой деревушки обстановка была, мягко говоря, не совсем соответствующей. Полстены занимали стеллажи с какими-то непонятными приборами. Провода, идущие от них, сплетались в толстый разноцветный жгут, который тянулся к столику с компьютером. Письменный стол был завален старыми потрепанными книгами, лазерными дисками, исписанными альбомными листами и пожелтевшими от времени газетными вырезками.

 На диване уютно расположилась черная кошка, лениво приподнявшая на миг голову при появлении незнакомца, а над диваном, прямо на бревенчатой стене, висел большой плазменный телевизор.

 Появился Борис. Он был в адидасовском спортивном костюме, гладко выбрит и ничуть не напоминал таежного отшельника.

 — Чай? Кофе? Коньяк? – начал он с порога.

 — Да хорошо бы кофе. А то я, пока до тебя добрался, весь вымотался.

 — Что же ты не предупредил? Я бы встретил.

 — Встретил? Шутишь? По этой дороге? Такое впечатление, что по ней вообще никто не ездит. Ты когда в городе последний раз был?

 — Вчера. Друзей провожал. А насчет дороги ты прав. Ей уже давно никто не пользуется. Когда нужно, я вертолет заказываю. Так что, надо было сообщить о приезде. И не пришлось бы на машине мучаться.

 — Кто же знал, что ты в такую глушь забрался. После московской-то суеты.

 — Именно после нее. Я только-только стал отходить от этой бессмысленной суеты. Вспомню, сколько времени зря потеряно, аж зло берет. А впрочем, всё к лучшему.

Московский период многому меня научил.… Да ладно, что мы все обо мне. Ты-то как?

«Чем занимаешься?» — спросил Борис, включая кофемолку.

 Влад подождал тишины и небрежно сказал:

 — Работаю в аппарате президента. Дел, как ты понимаешь, по горло. Не помню, когда и отдыхал последний раз.

 — Ну, вот здесь и отдохнешь, — улыбнулся Кронов. – Тебе сахар нужен?

 — Пол-ложки.

 — Коньяк?

 — Плесни немного.

 Они прошли в соседнюю комнату и уселись в кресла у раскрытого окна. Борис выложил на журнальный столик апельсины, печенье, хлеб, сыр, масло.

 — Какой же я болван, — спохватился он, видя, как Влад набросился на бутерброд с сыром. — Ты ведь голоден. Сейчас я принесу что-нибудь посущественнее.

 — Не стоит, — остановил его Влад. — Я так устал, что даже есть особо не хочу. Так, червячка немного заморю. Отойду от дороги.

 — Ну, смотри. Тогда позже устроим торжественный ужин.

 Они посидели немного, обмениваясь ничего не значащими дежурными фразами. Допили кофе, перекурили, и Кронов проводил Влада в гостевой домик, где и оставил отдыхать. Влад вытянулся на широкой тахте и собрался было проанализировать встречу с Кроновым, но тяжелые веки решительно задвинули занавес реальности. Влад уснул. Ему снились Москва и последний разговор с генералом Лопанцевым.

 Через два часа Белов открыл глаза и резко поднялся. Он снова чувствовал себя бодрым и готовым к действиям.

 Белов причесался и вышел из домика. Солнце уже зашло, и яркая полная луна показалась над лесом. Свежий воздух все еще был наполнен ароматами цветущих растений, и волны этого аромата медленно кружились вокруг озера. Влад постоял, прислушиваясь к своим ощущениям. Все вокруг слишком напоминало сказку. Это было нереально. Чего-то не хватало. В жизни так не бывает. И вдруг он понял: комары! Комаров не было. Совсем не было. Ни комаров, ни мошкары. И это в тайге.

 Белов еще раз внимательно пробежал глазами по окрестному пейзажу и направился к хозяйскому дому. Собаки не обращали на него никакого внимания. Влад позвал Бориса, и тот сразу же показался в дверях.

 — Заходи, — махнул он рукой. – Выспался?

 — Как в детстве, — ответил Влад. – Воздух здесь – просто чудо. Кстати, как тебе удалось найти такое райское место? Ни одного комара вокруг. Никогда бы не подумал, что в тайге такое возможно.

 — Ну, в наше время это не самая большая проблема, — усмехнулся Кронов. – Наука давно уже закрыла этот вопрос. Было бы желание.

 — То есть?

 — Электромагнитный излучатель на крышу. Волны определенной частоты отпугивают кровососов. И в результате – в радиусе ста метров ни о каких комарах можно не думать. Но, если ты соскучился, могу отключить излучатель. И ты сумеешь ощутить всю полноту таежной жизни. Хочешь?

 — Боже упаси.

 — Тогда прошу к столу.

 Комната, в которой они два часа назад пили кофе, выглядела теперь совершенно по-другому. Посередине стоял большой стол, заставленный тарелками с разнообразными салатами, тонко нарезанными янтарными балыками, вяленым мясом, лепешками, красной икрой и какими-то незнакомыми ягодами. На печке негромко фыркали горшки, источавшие аппетитные запахи.

 -Боже мой, — изумился Влад, — когда же ты все это успел? Или тоже наука помогла?

 — В какой-то мере. Лепешки были в вакуумной упаковке. А так, каюсь, люблю иногда вкусно поесть. Поэтому и предпочитаю готовить в русской печи, а не на электрической. Блюда получают совершенно особый вкус. Да и времени уходит гораздо меньше. Только приготовить закладку, а дальше печь все делает сама.

 — То-то, я смотрю, у тебя и летом печь топится. Теперь понятно, в чем дело.

 Кронов кивнул:

 — Именно. В наблюдательности тебе не откажешь. Ну, что, за стол?

 Влад хлопнул себя по лбу:

 — Вот ведь память. Забыл в машине документы, которые хотел тебе показать. Я сейчас.

 Он выбежал из дома, сел в машину и первым делом достал из бардачка и проглотил пару таблеток. После этого взял с заднего сиденья кейс и вылез из машины.

 Пока гость отсутствовал, Кронов извлек из холодильника и выставил на журнальный столик пару бутылей водки «Абсолют» и металлический бочонок пива. Затем взял столовую ложку масла и, поморщившись, проглотил его. Подумал немного и

отправил в рот еще кусок масла. Тут вернулся Влад, и они сели за стол.

 Прозвучал первый тост — за встречу. Закусили балыком. Борис вновь наполнил рюмки, но Влад достал сигареты и сказал:

 — Подожди. Давай сначала с делами покончим. Я ведь к тебе не просто так приехал, а по поручению президента.

 — Вот как? Я весь внимание.

 Влад закурил, выпустил в воздух тонкую струйку дыма и спросил:

 — Тебе не надоела такая жизнь? В 99-м, когда ты так внезапно исчез из Москвы, все думали, что ты нашел доходное местечко, ударился в коммерцию, женился, ну и так далее. Кто мог подумать, что ты похоронишь себя в такой глуши. Пока добрался сюда, чуть машину не угробил. Будь я на твоем месте, первым делом асфальт проложил бы…

 — Зачем? Я, собственно, и выбирал подобное место. К сожалению, у нас сейчас такое время, что настоящая жизнь только там и начинается, где кончается асфальт. Не согласен?

 — Нет. Совершенно тебя не понимаю. Что это за мальчишеское бегство от цивилизации? Да и потом, ты же был государственным человеком. Надеюсь, таким и остался. Неужели тебя больше не волнует судьба России?

 Кронов откинулся в кресле и тоже закурил.

 — Все годы в Думе, — медленно проговорил он, — я только и слышал, что разговоры о судьбе России. Но от этих разговоров России лучше не становилось. Скорее, наоборот. Так что, давай оставим высокие слова и поговорим о деле. Не ходи вокруг да около. Выкладывай, что ты хотел сказать.

 — Хорошо. Давай о деле. Хотя, как ни крути, дело тоже касается судьбы России. Президент выступил с инициативой возрождения оборонки. Мне поручено собрать подходящих ученых. Я сразу же вспомнил о тебе. И вот я здесь. Ну, кратко я изложил? А ведь говорят, что краткость – сестра таланта.

 — Двоюродная, — буркнул Борис.

 В комнате воцарилась напряженная тишина. Только на печи продолжали время от времени всхлипывать горшки со вторыми блюдами.

 Наконец Влад решил прервать затянувшееся молчание:

 — Итак, что ты скажешь?..

 — А что говорить.… Сначала все развалили, а теперь восстанавливать. Для чего? Чтобы вновь было, что разваливать? Мышиная возня. Не с того нужно начинать. Так что, спасибо, конечно, за доверие, но я в эти игры больше не играю.

 — Подожди, — разочарованно протянул Влад. – Ты не горячись, подумай. Посмотри, какие открываются перспективы, какие средства будут выделены…

 Он открыл кейс и протянул Кронову папку с тисненым двуглавым орлом.

 Борис покачал головой:

 — Поздно. Даже смотреть не хочу. Все равно, в конце концов, опять придется цитировать Черномырдина. Все, все. Хватит об этом. Давай ужинать.

 — Ну, хорошо, — произнес Влад, убирая папку, — но мы еще вернемся к этому разговору.

— Как хочешь. Твое здоровье.

 После нескольких рюмок атмосфера за столом постепенно стала разряжаться. Воспоминания, шутки, откровения все больше захватывали собеседников. Борис расспрашивал про общих думских знакомых, Влад интересовался, чем Борис сейчас занимается.

 — Ты знаешь, в этом месте раньше был колхоз, — вспоминал Кронов. — Потом какие-то кооперативы. Затем и они развалились. Когда я сюда приехал, почти все дома были заброшены. Несколько стариков, которым некуда было податься, доживали свой век. Я практически даром получил все участки. Старикам купил квартиры в городе, здесь снес старые дома, построил новые, по своему вкусу. Вот этот, лабораторию, гостевой домик. Да ты сам видел…

 — Видел, — кивнул Влад. – Выпьем за строителей.

 — Закупил оборудование для работы, — продолжал Борис, — всякие инструменты для хозяйства. Ветряки установил, чтоб от Чубайса не зависеть. Короче, полная автономия. Когда нужно, выбираюсь в город за покупками, но, в принципе, могу обходиться и без этого. Тайга всегда прокормит. Ты знаешь, какая здесь рыбалка! Хочешь, завтра я тебя свожу за хариусом?

 — Хорошо бы. Но как-нибудь в другой раз. Завтра мне уже нужно быть в другом месте. Время ограничено. Я ведь на службе.

 — Ах да. Аппарат президента.

 — Точно.

Лица сотрапезников постепенно покрывались румянцем, речи становились все более многословными. Однако, судя по всему, до того момента, когда начинают выяснять, кто кого уважает, было еще далеко. Покончив с салатами, разложили по тарелкам жаркое. Влад только цокал языком, поглощая незатейливые таежные яства. Он нахваливал кулинарный талант хозяина и незаметно направлял нить разговора на положение в стране. Постепенно Кронов разговорился, и чувствовалось, что он не просто размышляет, а делится с гостем давно наболевшим, тем, к чему не может больше оставаться равнодушным.

 Когда разговор зашел о причинах неурядиц в стране, Борис, неспешно потягивая пиво, сказал:

 — Я физик и при желании могу смотреть дальше собственного носа. Любое, самое незначительное, событие в этой жизни имеет свою причину. Но все так переплетено, что людям трудно, да и некогда, разбираться в этом. Есть немало объяснений того, почему был развален Советский Союз. Во многих из них можно найти зерно истины. Но главная причина, на мой взгляд, как-то скромно затаилась в стороне. Главная причина – раздувшаяся до предела номенклатура. При Брежневе она разрослась как раковая опухоль. Мест у государственной кормушки на всех уже не хватало. И выход был только один – увеличение числа кормушек.

 А ведь все очень просто. Чтобы деятельность чиновников приносила пользу, нужно, всего-навсего, приравнять их оклады к минимальной заработной плате.

 — Ну, ты и загнул, — хмыкнул Влад. – Да кто же тогда во власть пойдет?

 — Вот именно, — грустно сказал Кронов, – это типичная реакция большинства. То есть, мы уже считаем само собой разумеющимся, что во власть нужно идти, чтобы получить выгоду. Как на шабашку. Но ведь, если следовать логике, то должно быть совершенно не так. Люди выбирают власть, чтобы жизнь стала лучше. Для всей страны, а не для выбранных. Иначе, какой в этом смысл? Но бессмыслица, повторяющаяся из года в год, постепенно становится нормой.

 Когда я пришел в Думу, то воображал, что там соберутся люди, болеющие душой за страну. Что там будут именно думать, как сделать жизнь лучше. Для всех, а не только для себя. Но таких оказалось всего несколько человек. Основная же масса думцев думала лишь о своем благополучии. И тогда мне стало ясно, что в самой системе что-то не так. Все поставлено с ног на голову. Слуги народа живут намного лучше самого народа. Да если бы мы вдумались хотя бы в один этот факт, то поняли бы, что давно уже живем в мире какого-то абсурда. Но мы не вдумываемся. Мы словно опутаны паутиной лжи, в которой хаотически разбросаны правильные понятия. Это как хорошие детали сложного механизма, но собранные так, что механизм в принципе не может работать. Когда это началось, я еще не разобрался. Но разберусь. Непременно разберусь. Единственное, в чем я совершенно уверен: корень зла таится в головах людей. Люди не понимают, не желают понимать того, что творится вокруг. Эта мыслительная леность и позволяет различным проходимцам чувствовать себя хозяевами жизни.

 Борис встал и подошел к окну.

 -Душно, — сказал он. – Давай передохнем немного.

 Влад охотно согласился, и они вышли из дома.

 С озера тянуло прохладой. Комаров не было. Ковш Большой Медведицы повис над лесом, как бы зацепившись за деревья. Молчаливыми тенями выскользнули из темноты собаки и улеглись рядом с людьми.

 — Хорошо, — вздохнул Влад.

 Они сели на бревна возле дома и замолчали, глядя на яркие звезды, усыпавшие черный бархат небосвода.

 — Так все же, неужели ты всерьез решил здесь обосноваться? — нарушил молчание Влад. — Я понимаю, конечно: тишина, свежий воздух, покой. Но неужели не хочется большего? Ну, ладно, из политики ты ушел. Согласен, там слишком много грязи. А наука? Неужели не хочется заняться чем-нибудь серьезным? Это я к тому, что сейчас такой шанс появился.

 — А почему ты думаешь, что я не могу здесь заняться чем-то серьезным. Что, для этого требуется чье-то разрешение? Все, что мне нужно для работы, у меня есть. Между прочим, не в каждом институте такая аппаратура имеется. Да и потом, главное – не та аппаратура, что снаружи, а та, что внутри, — Борис постучал по лбу. – Когда я был студентом, особой аппаратуры у нас не было. Зато идей было, хоть отбавляй. Помню, нам давали метроном, кусок веревки и предлагали измерить высоту здания института…

 А сейчас слишком стали надеяться на приборы. Забывая, что любая техника ни на что не способна без человека. Пожалуй, единственное, что может оказать ученым реальную помощь — это компьютер. А он, как ты мог заметить, у меня есть.

 — Но все же, общение с коллегами, обмен информацией… Время одиночек в науке прошло. Разве не так?

 — Не знаю, не знаю… Будь все так просто, любой НИИ штамповал бы открытия. А насчет обмена информацией, в Интернете сейчас можно найти почти все. Как на одесской барахолке. Нужно только уметь искать. Кстати, могу похвастаться, я недавно разработал собственную поисковую систему. Выходит на след любой информации, была бы только эта информация. А потом методично идет по следу, пока не добьется результата. Я назвал ее «Таксой», она так же способна забраться в любое укрытие. В общем, все, что мне нужно, могу теперь узнавать, не выходя из дома. Проблем пока не было.

 — Я не специалист, конечно, но, по-моему, в таких системах нет недостатка. Всякие там яндексы, рамблеры, гуглы…

 — Да, таких систем много. Но для Таксы, в отличие от них, практически нет невозможного. Любые шифры, закрытые системы связи, короче, любые электронные носители информации вполне доступны. Такса методично, шаг за шагом, перебирает любые подходы к цели и обязательно находит какую-нибудь лазейку. Причем, встречая другие поисковики, она использует их как помощников.

 — Но если перебирать все варианты, — возразил Влад, — то на это и времени уйма потребуется.

 — Для человека – да. А здесь скорости совсем другие. К примеру, в процессоре происходит полтора триллиона циклов в секунду. Представляешь? Если бы мы с тобой попытались полтора триллиона раз щелкнуть выключателем, то, знаешь, сколько бы нам потребовалось на это времени?

 — Ну, с год, пожалуй, — предположил Влад.

 — Двадцать пять тысяч лет. Впечатляет?

 Они вновь замолчали, думая каждый о своем. Собаки незаметно подползли вплотную к их ногам. Казалось, они прислушиваются к человеческим мыслям. Одна из овчарок положила голову на ботинки Кронова, и он машинально почесал ее за ухом.

 — Скажи, Влад, — вполголоса спросил Борис, — если бы ты мог выбирать, в какое время жить, что бы ты выбрал?

 — Вот уж, над чем никогда не задумывался. А впрочем, если бы и задумался, то, наверняка, выбрал бы наше время. Чем оно хуже других? Всегда были свои трудности, всегда были свои радости. Как учит История, человечество идет вперед, преодолевая свои ошибки…

 — Да брось ты. История не только ничему не учит, но и сама ничему не учится. Люди повторяют одни и те же ошибки. Одни и те же! Как сборище второгодников. В конце концов, возникает подозрение, что человечество – еще одна тупиковая ветвь развития.

 — Зачем же так пессимистично. Это в тебе алкоголь говорит. Завтра все будет выглядеть по-другому.

 — Завтра? Что ж, возможно, – задумчиво протянул Борис.

 — Ну а ты сам? В какое время хотел бы жить? – лениво поинтересовался Влад.

 — Честно говоря, не решил еще. Хотя и много об этом думал. Одно мне ясно: искать нужно после 17 года. С разросшимися как грибы после дождя монархистами нам не по дороге.

 — Много думал? Так вот чем ты занимаешься в этой глуши. Фантазиями. А я тебе предлагаю делом заняться.

 — Ладно, пойдем в дом, — поднялся Кронов.- Займемся делом.

 Застолье продолжилось. Разговор прыгал с одного предмета на другой. Однако тема, затронутая на свежем воздухе, очевидно, все-таки, взволновала каждого из собеседников.

Вероятно, у каждого были на то свои причины. И постепенно разговор стал крутиться вокруг машины времени.

 Влад пытался доказать ее принципиальную невозможность, оперируя пресловутыми парадоксами, связанными с созданием такого устройства. Борис соглашался с его доводами, однако, не был столь категоричен. Как истинный ученый, он всегда допускал вероятность того, что он чего-то не учитывает.

 — Вполне возможно, — сказал Борис в заключение, — что в этом вопросе у нас присутствует некоторое недопонимание. Что, если, попав в Прошлое, мы изменим Будущее того мира, в котором окажемся, а вовсе не того, из которого исчезнем? Что, если точка нашего прибытия автоматически становится развилкой, из которой начинает расти новая ветвь Будущего?

 — Стоп, стоп, стоп! Господин профессор, здесь без бутылки не разобраться, — затряс головой Влад.

 Кронов усмехнулся, разлил остатки водки и продолжал:

 — Знаешь, в современных операционных системах есть так называемые точки отката. То есть, при совершении ошибочных действий остается возможность вернуться назад, в то состояние, когда еще все было нормально. Хорошие программисты, создавая свои программы, всегда стараются предусмотреть в них «защиту от дурака». В жизни, к сожалению, не так. Хотя, если верить в разумность устройства мира, должно быть именно так. И вот когда я это понял, то понял и другое: машина времени просто обязана существовать. Только чтобы привести ее в действие нужно обладать правами администратора.

 — То есть, быть богом? – улыбнулся Влад.

 — Да. Или хакером.

 За окном раздался чей-то вскрик. Затем послышалась глухая возня, завершившаяся настойчивым собачьим лаем. Кронов резко вскочил, схватил с полки фонарь и бросился к выходу. Влад последовал за ним.

 Луч света выхватил из темноты черную фигуру. Неизвестный лежал, уткнувшись лицом в траву, а с двух сторон, положив на него лапы, яростно скалили зубы овчарки. Третья собака лаяла чуть в стороне, сидя возле пистолета с глушителем.

 Кронов подобрал пистолет, и Владу показалось, что он пробормотал про себя:

 — Странно, я ждал его завтра.

 Затем Борис хлопнул в ладоши и скомандовал:

 — Майкл! Джерри! Дик! Молодцы, ребята! Брэк!

 Собаки отошли в сторону.

 — Вставай, — приказал Борис незнакомцу.

 Тот медленно поднялся. Он был в черном комбинезоне, перчатках и маске. На груди болтался прибор ночного видения.

 — Детский сад, — проворчал Борис.

 Он вполне профессионально заломил руку незнакомца так, что при малейшем сопротивлении ей угрожало быть сломанной, и завел неудавшегося ниндзя в дом. Белов ошарашено последовал за ним. Его помощь явно не требовалась.

 — Возьми скотч в ящике – кивнул Борис Владу, сажая своего подопечного на стул.

Они стянули клейкой лентой руки и ноги непрошенного визитера и для надежности еще и примотали того к спинке стула.

 — Покажи личико, Гюльчетай, — насмешливо произнес Кронов и сорвал с незнакомца маску.

 — Мистер Брэдли, если не ошибаюсь? Решили проявить инициативу? А что скажет шеф, узнав про вашу самодеятельность?

 Более обескураженного лица Влад в жизни не видел. Судорожно глотая слюну, пленник пытался что-то сказать, но издавал лишь сдавленные звуки. Глубокие черные глаза беспомощно метались из стороны в сторону, а в густых бакенбардах блестели капельки пота.

 Белову надоело быть ничего не понимающим участником разворачивающегося действия.

 — Что происходит? — обратился он к Борису. – Ты знаешь этого типа? Может, объяснишь мне, что здесь вообще творится?

 — Ну, не то, чтобы я лично был знаком с этим господином. Скорее, заочно. Позволь тебе представить: специальный агент Брэдли. Центральное разведывательное управление Соединенных Штатов Америки. Он же – Ворон. Он же – пресс-атташе по культуре посольства США в Москве. Что он тут делает? У меня два возможных объяснения. Быть может, он участвовал в каком-нибудь театрализованном культурном мероприятии и просто заблудился. А может, он узнал о нашей вечеринке и вообразил, что двое русских быстро опьянеют, и он легко с ними справится. Я прав, господин Брэдли?

 В ответ Борис получил лишь полный ненависти взгляд, наконец, пришедшего в себя агента.

 — Вы пожалеете, — процедил Брэдли. – У меня…

 — Знаем, знаем: дипломатическая неприкосновенность, — издевательски закончил Борис и повернулся к Владу:

 — А если серьезно, он уже три дня здесь околачивается. Все ждал, пока я один останусь. У меня хорошая охранная система установлена. А он еще и лагерь свой умудрился устроить прямо под видеокамерой. Ну а остальное, как ты понимаешь, дело техники. В чем, в чем, а в технике я за эти годы поднаторел.

 — Да, но … как ты узнал его имя?

 Кронов пожал плечами:

 — Какие могут быть секреты в наше время? Я же тебе говорил о Таксе. Запускаешь систему – и все дела. Да хочешь, я тебе покажу?

 — Хочу.

 — Пошли.

 — Подожди, а с этим что?

 — А куда он денется?

 Они перешли в соседнюю комнату, и Борис включил компьютер. Открыв папку фотоальбома, он выбрал фотографию «Гость» и активировал поисковую программу. Системный блок замигал светодиодами, заурчал винчестером, и на мониторе замелькали сетевые адреса.

 Борис пододвинул Белову кресло:

 — Ну, вот и все. Я ввел его фотографию с видеокамеры. И сразу вышел и на посольство, и на сеть Лэнгли. Тогда Таксе потребовалось три часа, чтобы обойти защиту. Ну а теперь, конечно, все будет гораздо быстрее.

 И действительно, прозвучал звонок из динамиков, и на экране появилась надпись «Поиск завершен». Было найдено семнадцать файлов, из которых три являлись личными делами Фрэнка Брэдли, а остальные представляли собой архивы из периодических изданий.

 — Прошу, — махнул рукой Кронов.

 Влад щелкнул мышкой по одному из адресов и с интересом стал изучать личное дело американского разведчика.

 — Да, — восхищенно произнес он,- техника на грани фантастики… Послушай, Борис, да ведь твоя система миллионы стоит!

 — Возможно, — равнодушно ответил Борис.

 Он вдруг ощутил легкое головокружение. Очевидно, выпитое спиртное начинало действовать. Кронов прикрыл глаза и сразу почувствовал, как стремительно падает в черную засасывающую бездну. В желудке, словно воспользовавшись темнотой, началось какое-то неприятное вращение. Борис поспешно открыл глаза и тряхнул головой.

 — Надо взбодриться, — сказал он. – На твою долю кофе делать?

 — Давай, — Влад все никак не мог оторваться от компьютера. – Слушай, Боря, я все понял: ведь этот тип из-за твоей поисковой системы сюда заявился. Наверняка. Это ведь заинтересует любое правительство.

 — Да нет, его другое интересовало, — отозвался Борис, засыпая кофе в медную турку.

 — Откуда такая уверенность?

 — Я записал его разговор с шефом. Открой звуковой файл «1» в папке «Ворон». Кстати, это был единственный его разговор.

 Белов прослушал запись. Разговор, естественно, шел кодированный, и не все было понятно. Но одна фраза казалась предельно ясной: «в случае отказа объект подлежит ликвидации».

 Сами собой всплыли в памяти слова генерала Лопанцева: «в случае, если изобретение действительно существует, вы должны сделать все, чтобы оно досталось нам. Или же не досталось никому».

 Влад вздохнул и покосился на Кронова. Тот весь ушел в приготовление кофе. По комнате уже стал распространяться соблазнительный аромат. «Так что же ты, все-таки, изобрел?», — подумал Белов.

 Кронов разлил кофе по чашкам и подошел к Владу.

 — Держи.

 — Благодарю.

 Влад выглянул в соседнюю комнату и, убедившись, что Брэдли находится в прежнем состоянии, с наслаждением отхлебнул горячий напиток.

 — Что с ним делать будем? – спросил он.

 Борис равнодушно бросил:

 — Утром позвоню в город. Пусть ФСБ за ним прилетит.

 — А чего до утра тянуть. Давай сейчас позвоним.

 — Сотовый отсюда не берет. Нужно вверх подниматься. Я все собирался антенну поставить, но руки не доходили. Да мне и звонить-то особо некому было.

 — Давай, я схожу, позвоню, — предложил Влад. – По своим каналам. Быстрее получится.

 — Иди, если хочешь. Фонарь не забудь.

 — Собаки пропустят?

 — Они же тебя теперь знают.

 Белов взял фонарь и вышел. Борис налил себе еще кофе и задумался. Потом пододвинул кресло к столику с аппаратурой, набрал на клавиатуре три слова и запустил поиск.

 Вскоре на экране появилась фотография Влада, рядом с которой были строки:

 Майор Белов Владислав Аркадьевич.

 Старший оперуполномоченный.

 Управление «А».

 Центр специального назначения.

 За дверью послышались приближающиеся шаги. Кронов выключил компьютер и встал с кресла.

 — Все в порядке, — сообщил Влад. – Вертолет скоро будет.

 Они решили отдыхать по очереди, чтобы Брэдли не смог чего-нибудь выкинуть. Для специального агента он вел себя удивительно смирно. И это несколько настораживало. Однако никому не пришлось дежурить, потому что, пока суд да дело, послышался шум вертолета. Луч прожектора ударил в окно и пробежал по столу с остатками ужина.

 — Влад, у меня к тебе просьба, — быстро проговорил Борис, направляясь к выходу. — Не говори пока про лагерь этого типа.

 — Почему? Все равно ведь узнают.

 — Не хочу, чтобы сегодня здесь толчею устраивали. Завтра – пожалуйста.

 Влад согласно кивнул:

 — Да бога ради. Мне-то что.

 Прилетевшие оперативники сноровисто погрузили Брэдли в вертолет. Старший группы уточнил обстоятельства происшествия и хотел было оставить на озере двоих сотрудников, но, переговорив с Владом, почему-то передумал. Он только предупредил Кронова, что после обеда сюда прибудет следственная группа.

 — И попрошу вас никуда не отсюда не отлучаться, — добавил он.

 — А я никуда отсюда и не собираюсь, — ответил Борис.

Вертолет улетел. Гость и хозяин вернулись в дом. И почти одновременно поняли, как сильно они устали.

 — Все. Отдыхать, – выдохнул Кронов и повалился на диван.

 — Какая у тебя здесь насыщенная жизнь, — пошутил Влад. — А я-то думал, что еду в тихий глухой уголок.

 Борис не отвечал, и Влад отправился к себе.

 Они проспали до десяти часов. Солнце стояло уже высоко, и Белов заторопился с отъездом, не соглашаясь даже позавтракать. Он только выпил чашку кофе и проглотил бутерброд с икрой. Он сам не понимал, почему так торопится, но интуиция упорно твердила ему, что сейчас ему нужно быть совершенно в другом месте.

 Он наскоро попрощался с Кроновым, посетовал на то, что не сумел уговорить его, и попросил еще раз хорошенько все обдумать.

 — В ближайшее время я только этим и намерен заниматься, — пообещал Борис.

 — Кстати, я ведь так и не видел твоей лаборатории. Где она?

 Кронов махнул рукой в сторону озера:

 — Там, на дне. Подальше от любопытных глаз. Ты ведь знаешь, как сейчас трудно сохранить что-либо в секрете. Вот и приходится изощряться.

 Они обменялись на прощанье крепким рукопожатием, и Влад сел за руль. Просигналив, он надавил на газ. Машина двинулась вверх по дороге. Борис провожал ее взглядом, пока она не скрылась в лесу.

 — Пять километров, — произнес вслух Кронов.

 Он что-то прикинул в уме и добавил:

 — Двух часов ему вполне хватит.

 Борис покормил собак, позавтракал сам. Потом включил компьютер и внимательно просмотрел сообщения всех видеокамер. Убедившись, что на контролируемой территории нет ничего подозрительного, он облегченно вздохнул. Несколько минут он сидел в глубокой задумчивости, затем решительно поднялся и быстро вышел из комнаты.

Через десять минут он уже стоял с аквалангом на берегу озера. Медленно, как бы запоминая, провел взглядом вокруг, посмотрел на часы и шагнул в воду.

Чем дальше уезжал Белов, тем большее беспокойство он испытывал. То, что вначале казалось ему просто чудачествами ученого, теперь как-то незаметно начинало выстраиваться в невидимую еще, но явно ощутимую логическую цепочку. Все вчерашние разговоры, намеки, шутки скрывали что-то важное, но скрывали так явно, словно хотели, чтобы истина все-таки была открыта. Влад снова и снова крутил в голове слова Кронова, пытаясь отыскать в них, кроме явного, и другой, скрытый, смысл. Генерал говорил, что есть информация об открытии, связанном с мгновенным перемещением. Точно никто ничего не знал. Да это и понятно. Чтобы знать точно, нужно быть специалистом. Мгновенные перемещения… Телепортация? Возможно. Время останавливается, а пространство меняется. Фантастика. Да, но и поисковая система тоже казалась фантастикой. А оказалось… Бог ты мой, да ведь она способна разрушить всю структуру государства. Впрочем, сейчас не об этом нужно думать. А о чем? Что упущено? Все смешалось. А тут еще этот шпион-неудачник. Повезло ребятам. Почетного чекиста кто-то получит. Стоп. Вот оно. Перед этой суматохой с Брэдли шел разговор о машине времени. Точно. И не раз Борис срывался на эту тему. Неужели?.. Нет, быть такого не может. Это вообще безумие. Хотя, у Бориса это явно пунктик. Идея-фикс…

 Он ясно представил Кронова, одержимого своей безумной идеей. У одержимых часто все и получается. Влад развернул машину и помчался назад.

 Хорошо, что не было встречных машин. Колеса беспрепятственно отмеряли асфальтовые километры. И вдруг небо вздрогнуло, и Влад на полной скорости ворвался в черную крутящуюся мглу…

Вертолет, словно в нерешительности, крутился над лесом, наматывая виток за витком. Наконец он, все-таки, опустился на черную, как будто выжженную поляну. Несколько человек осторожно спустились на землю, подошли к обрыву и наклонились над ним. Посовещались о чем-то, и пошли к строениям, выглядевшим неестественно красочно среди окружавшей их черноты.

 Когда вертолет вновь поднялся в воздух и набрал высоту, один из пассажиров отрапортовал по телефону:

— Докладывает Васильев. На участке Кронова в радиусе 5 км стоит голый лес. Отсутствует травяной покров. Радиоактивность в норме. Дом Кронова в сохранности. Вещи нетронуты. На близлежащей территории никого не обнаружено. И еще – озеро исчезло. На его месте – провал… Думаю, нужно подключать уфологов.

Влад пришел в себя от ощущения холода. Он открыл глаза и обнаружил, что лежит в луже на обочине дороги. Очевидно, пока он был без сознания, прошел сильный дождь. Влад встал на ноги и огляделся в поисках машины. Ее не было. Белов стоял один на пустынной дороге и ничего не мог понять. Ну ладно, машина. Ее просто угнали, пока он был без памяти. А одежда? Она была насквозь промокшей и перепачканной грязью. Но тревогу вызывало совсем другое. Это была не его одежда! Что же произошло? И вдруг как озарение: Кронов! Нужно скорее добраться до Кронова. Влад кое-как привел себя в порядок и зашагал по шоссе.

 После дождя асфальт потемнел и казался почти новым. Владу даже показалось, что он находится на совершенно другой дороге. Но потом он увидел знакомые очертания холмов перед лесом, и это ощущение исчезло. Он прибавил шаг и вскоре очутился в лесу. Земля была усыпана листьями, сорванными бурей с деревьев, а на ветвях взамен сорванных, уже распускались новые листочки. В другое время Белов непременно поразился бы таким фокусам природы, но сейчас ему было совсем не до этого.

 Он вышел на пригорок и остолбенел. Внизу, у озера, расположилась незнакомая деревня. На площади толпился народ. «Куда я попал? Чертовщина какая-то»,- пронеслось в голове, и Влад машинально похлопал по карманам в поисках сигарет. Кусты слева зашуршали, и мимо Влада целеустремленно пробежали три собаки. Белов узнал в них Джерри, Майкла и Дика.

 Из репродуктора на площади доносилась веселая музыка. Затем музыка оборвалась, и Влад услышал:

 — Внимание! Внимание»! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза. Передаем сообщение ТАСС «О первом в мире полете человека в космическое пространство».

 12 апреля 1961 года в Советском Союзе выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник «Восток» с человеком на борту.

Пилотом-космонавтом космического корабля-спутника «Восток» является гражданин Союза Советских Социалистических Республик летчик майор Гагарин Юрий Алексеевич…

Валерий Румянцев


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика