Пятница, 16.11.2018
Журнал Клаузура

Фёдор Ошевнев. «Стакан водки». Рассказ

Эксперт-криминалист капитан милиции Валерий Войцов был известен как классный специалист даже в областном центре. Он знал все мыслимые и немыслимые марки отечественного и зарубежного оружия: от кремневых пистолетов и неподъемных пищалей до кряжистого гранатомета «Муха» и изящного израильского автомата «Узи». Так что при надобности мог дать технический контроль любому гладкому либо нарезному стволу. С боеприпасами, правда, работал без особой охоты, но все равно безошибочно устанавливал по стреляным гильзам тип оружия и его отличительные черты. Ну и сам гвоздил отменно: из обоймы «пээма» – пистолета Макарова, – а в полной восемь патронов, шестью-семью рвал десятку…

Той январской ночью Валерий приехал с дежурства почти в четыре утра: ближе к полуночи в центре города прихлопнули коммерсанта, автомат имени товарища Калашникова бросили рядом с изрешеченным телом, – словом, работы эксперту досталось с лихвой. В конце концов удалось обнаружить на автоматном пенале один пригодный для идентификации «пальчик». Довольный собой, Войцов  наскоро проглотил стакан чая с бутербродом и завалился спать, надеясь прохрапеть до обеда.

Не тут-то было! Уже через час капитана милиции разбудил нетерпеливый, настойчивый звонок в дверь. За порогом оказался знакомый старшина-водитель из дежурной части Управления милиции города.

– Одевайся, быстро! – выпалил старшина. – В кабаке «Золотой улей» скандал с дракой вышел, вызвали патрульных, а один новорусский, убегая, гранату через себя кинул…

– Она что, взорвалась? – не понял Войцов. – Кого-то убило?

– Пока нет, потому как не взорвалась. Так в снегу и лежит. В общем, давай в темпе! Зафотографировать надо и отпечатки пальцев снять. Этого-то, которого граната, патрульный всё равно достал, скрутил, уже в камере отдыхает.

– Да ты чё! – попытался вяло откреститься эксперт. – Тут не я… тут саперы нужны. Какая, к лешему, фотография, какие «пальцы»! Она ж долбануть может ежесекундно.

– Вот и я о том же, – гнул свою линию старшина. – Разряжать надо срочно. Она ж ведь возле автостоянки упала, через час-два с нее транспорт косяком пойдет. Не дай бог… А саперы – где их ночью искать? В штаб округа звонили, да ничего путного не вызвонили. Там пока рядом с гранатой бойца для охраны выставили.

– Ну вы и идиоты! – сплюнул Валерий. – Особенно тот, кто согласился свою смерть караулить…

Войцов умылся, оделся и вместе с водителем вышел на тридцатиградусный мороз. Дежурный «уазик» капризничал, насилу с рукоятки запустили двигатель.

Весь путь до места ЧП занял меньше десяти минут.

Невдалеке от группы людей, одетых в милицейскую форму, мерз постовой в грязно-белом полушубке, валенках и с автоматом дулом вниз через плечо.

– Привет, Аника-воин! – поздоровался эксперт. – Ну и где тут наш боеприпас?

– А вон… – легкомысленно ткнул пальцем в сторону от тротуара парень.

Войцов прорезал темноту зимней ночи узким лучом фонаря: в снегу, наполовину утонув в нем, на пузатом ребристом боку лежала «эфка» – ручная осколочная граната Ф-1, в просторечии – лимонка. Зеленая, стало быть, боевая: учебная граната этой системы была бы выкрашена в черный цвет. С выдернутой чекой. И с примерзшим к запалу, не отлетевшим в сторону рычагом, удерживающим ударник на боевом взводе.

Мгновенно зафиксировав все эти детали в сознании, капитан милиции спокойно поинтересовался у постового-«самоубийцы»:

– Слышь, воин… Ты хоть понимаешь, что она уже тыщу раз рвануть могла? А у этой гранаты разлет осколков до двухсот метров – от тебя бы одни валенки  остались.

– Так ведь того… Приказали же… – растерялся постовой.

– Ладно, – вздохнув, подвел итог диалогу эксперт. – Вали от греха, да подальше. И всем остальным скажи, чтоб в машины сели и отъехали. Я уж тут сам как-нибудь…

Валерий снял меховые перчатки. Обрадованный мороз тут же вцепился в пальцы. Присев, Войцов бережно взялся за лимонку правой рукой – так, чтобы примерзший рычаг ненароком не сорвался в сторону. Обнял гранату покрепче, вытянул из снега и зашагал от автостоянки, с которой уже кто-то из «ранних пташек» выруливал на дорогу.

Метрах в трехстах к северу виднелась коробка недостроенного промздания. Туда и направился эксперт, внимательно глядя под ноги и сжимая гранату в ладони, прижатой к груди. Другой ладонью он подстраховывал «эфку» сверху. Пальцы все больше и больше дубели…

Возле недостроя капитан встал поудобнее, чтобы можно было в случае чего сразу швырнуть лимонку в оконный проем, а самому укрыться за кирпичной стеной… Это если, конечно, удастся услышать щелчок разбиваемого ударником капсюля. А если не удастся… собирать будут по кусочкам. И попытался выкрутить запал. Черта с два! Наглухо прихватило.

Что делать дальше? Эксперт не знал… Может, просто сорвать рычаг и зашвырнуть своенравный боеприпас куда бог пошлет? А ну опять не взорвется? Жди утра и потом расстреливай? Как упадет, а то и стрелок не попадет…

Вконец замерзшие пальцы на гранате стали уставать. Валерий гнал от себя захватывающий сознание панический страх.

«Попробовать отогреть гадюку… Может, тогда строну?..»

Минут десять эксперт стоял с гранатой, прижатой к встревоженному, убыстрившему ритм биения сердцу, а далеко в небе горели безразличные к судьбам людским величественные звезды. Войцов хорошо различал среди них ковш Большой Медведицы, но вот научиться читать всю карту звездного неба за тридцать шесть прожитых лет как-то не сподобился. Совсем некстати пришла в голову мысль, что разлетись он, капитан милиции, сей момент на кровавые куски, звезды – иные из которых давно умерли, однако свет от них пока продолжает ровно литься на Землю, – так и будут беспристрастно взирать на суету людскую и после его, Валерия, глупой и бесполезной кончины…

Пошел! Пошел, стронулся с места запал! Пошел!!!

Воспрянувший духом эксперт осторожно выкрутил его, отсоединил от корпуса гранаты, обмотал рычаг извлеченной из кармана лентой «скотч» и взялся за колпачок взрывателя. Чуть пошевелил, а тот возьми да сразу и отделись: запал оказался учебным.

Войцов выматерился – от души и в Бога душу. Потом поднял со снега уроненное колесо липкой ленты, рассовал по карманам части лимонки и быстрым шагом направился к коллегам, переживавшим за эксперта в «уазиках». Только сейчас капитан милиции по-настоящему ощутил, насколько промерз и, не исключено, отморозил кончики пальцев. Для баллиста это почти такая же трагедия, как и для профессионального пианиста…

Валерия по его просьбе отвезли в городское Управление милиции. Там, за своим рабочим столом, капитан подробно рассмотрел трофей. Корпус гранаты действительно был аккуратно выкрашен зеленой краской, которую – надо полагать, с помощью пульверизатора – осторожно нанесли поверх черной, а внутрь, вместо тола, напихали земли. Обязательная же у небоевых гранат дырочка внизу корпуса была залеплена полиамидной смолой. Словом, боеприпас оказался учебным со всех сторон: что внутри, что снаружи. Зато мысли о бренности бытия Войцова посещали настоящие.

Наступило утро. Эксперт решил дождаться начальника отдела – все равно надо было писать подробный рапорт о случившемся. А подполковник милиции Тальев имел обыкновение появляться на службе задолго до урочного часа – любил, грешным делом, до трудов праведных разложить на компьютере пасьянс или сразиться в преферанс с «болванчиком».

На этот раз, конечно, «раскинуть фишки» не получилось. Сначала Тальев слушал доклад Валерия. Потом пристально рассматривал трофей. И, наконец, залез в шкаф, нашел на одной из его полок недостающее до полного комплекта гранаты кольцо с усиками и сноровисто собрал «эфку». (Начальник экспертно-криминалистического отдела слыл великим аккуратистом.)

– Эх, Валера! – подытожил Тальев, пряча рапорт подчиненного и учебное приложение к нему в ящик стола. – Прямо жаль, что она небоевая оказалась. А то бы точно на медаль послали.

– Какая медаль, Сергеич! – откликнулся капитан милиции, отгоняя тяжелую усталость. – С меня бы за глаза и водки стакана хватило!

– А вот спорим, и правда налью! – совершенно неожиданно заявил Тальев.

И… действительно извлек из сейфа бутылку «очищенной». – Тебе все равно домой, отдыхать, а я команду дам, чтоб с ветерком доставили… Давай! – И налил Валерию от щедрот почти полный двухсотграммовый стакан спиртного.

Войцов рассудил, что раз шеф угощает, отказываться не след. Да и душа требовала – стресс до сих пор еще не отпустил. Да и промерз… А другого способа живо снять напряжение, расслабиться в городском Управлении милиции, как и в любом другом российском околотке, отродясь никто не знал и знать не хотел.

И лучший баллист города поднял наполненный стакан, провозгласил короткий, но емкий тост: «Ну, будем!» – выдохнул и в несколько глотков расправился со спиртным.

В ту секунду, когда эксперт, взамен закуски, сочно крякнул, незапертая дверь кабинета отворилась. И возникли на пороге трое: подполковник и майор из вышестоящего управления, а также «родной» замначальника отдела кадров, тоже в майорском звании.

– Внезапная негласная проверка несения службы, – объявил дородный подполковник. И тут же последовали выводы: – Стало быть, пьянка на рабочем месте и в рабочее время… Уж от кого-кого, а от вас, Виктор Сергеевич, никак не ожидал. А ваша фамилия, должность? – обратился он к Войцову. – Представьтесь и удостоверение служебное на стол!

Валерий механически назвался и выложил краснокожую «ксиву».

– Ага, – продолжал радоваться проверяющий. – Стало быть, в едином застолье начальника и подчиненного вся сила ЭКО… Может, просветите, по какому случаю пьянка?

– Сейчас объясню… – заторопился Тальев. – Понимаете, он всю ночь гранату разряжал…

– Боевую? – подал голос «неродной» деловитый майор.

– Да нет, учебную… Только сначала она вроде как боевая была, это уж потом выяснилось…

– Надо же! Андрей Юрьевич, – повернулся подполковник-проверяющий к замначальника отдела кадров, не дослушав Тальева. – Полюбуйтесь на вашего незаменимого специалиста: целую ночь затратить на разряжание одного учебного боеприпаса, а с утра хлестать водку! Как вы его на должности-то держите? И начальник тоже хорош!

– Да всё ж совсем не так было! – воскликнул Войцов, чувствуя, как пьянеет от пахнущей крупными неприятностями ситуации. Впрочем, тут сошлось все: и недосып, и мороз, и усталость, и нервное напряжение, да и злосчастный стакан водки на пустой желудок, как бы там ни было, делал свое дело… – Вы ж разберитесь сначала!

– В Управлении собственной безопасности будем разбираться, – пообещал подполковник. – От несения службы пока обоих отстраняю.

– Надо бы начальнику горуправления позвонить, – подсказал пунктуальный майор.

– Да, порядок есть порядок, – согласился старший проверяющий и поднял телефонную трубку. Пока набирал номер, безапелляционно заявил: – Я бы таких пьянчуг, как этот капитан, вообще выгонял без суда и следствия; вон, еле на ногах держится, позорище…

Дальнейшие действия эксперта квалифицировались как крайне импульсивные.

– Выгоняли бы? – переспросил он. – За один стакан водки, пусть даже и в рабочее время? А желаете, я вас всех сейчас сам выгоню?! Без суда и следствия! В момент! И в вечное увольнение!

Рванув на себя ящик стола, Валерий выхватил злополучную липовую лимонку. Побывав в заботливых руках начальника ЭКО, она приобрела вполне товарный вид.

– Зеленый цвет видите? – демонстрировал виновницу всех бед Войцов проверяющим. – Соображаете – боевая? – Он уже почти кричал… – Вот так вот!

Эксперт вырвал кольцо с усиками и катнул гранату аккурат в направлении подполковника, стоящего у телефона.

Пока два майора совместными лихорадочными усилиями брали дверной проем, намертво застряв в нем, грузный подполковник в оцепенении, с выпученными в ужасе глазами и перекошенной физиономией пялился на зацепившуюся за его ботинок лимонку. А на его серых форменных брюках, вокруг ширинки, быстро расползалось обширное мокрое пятно.

«Дело Войцова – Тальева» впоследствии разбиралось в самых высоких милицейских инстанциях. Причем с Тальевым решили быстро: направили с понижением в должности в район, «на землю», откуда подполковник милиции сразу же подал рапорт на пенсионирование. С капитаном разбирались долго – проверяющий с подмоченной репутацией настойчиво требовал возбуждения уголовного дела. Но для этого так и не смогли подыскать подходящей статьи – редчайший случай: человек есть, а статьи нет. Разве что мелкое хулиганство, что выглядело очень несолидно. Правда, эксперту две недели пришлось отлежать в «психушке», но там его признали вменяемым.

И в конце концов Валерия тоже потихоньку убрали из органов внутренних дел – не помогли ни прежние блестящие характеристики, ни авторитет лучшего баллиста города. Но пенсию все-таки назначили: как-никак, полтора года Валерий отвоевал в Афганистане, их надо было умножать на три, да плюс милицейская служба – двадцать лет стажа как раз и набралось.

Говорят, капитан запаса теперь весьма неплохо зарабатывает ремонтом различного рода оружия…

А подполковника – где бы он теперь ни появился – за глаза все называют просто: Ссыкун. Подполковник знает об этом. Обижается. И очень переживает…

Фёдор Ошевнев


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш email адрес не публикуется. Обязательные поля помечены *

Копирайт

© 2011 - 2016 Журнал Клаузура | 18+
Любое копирование материалов только с письменного разрешения редакции

Регистрация

Зарегистрирован в РОСКОМНАДЗОР
Рег. № Эл ФС 77 — 46276 от 24.08.2011
Рег. № ПИ № ФС 77 — 46506 от 09.09.2011

Связь

Главный редактор - Дмитрий Плынов
e-mail: text@klauzura.ru
тел. (495) 726-25-04

Статистика

Яндекс.Метрика